Адвокат киллера

Ощущение, будто меня растащили на куски, а потом собрали обратно. Я вдыхаю полной грудью прохладный воздух и, едва соображая, оглядываюсь по сторонам.

Никого.

Кроме Виктора.

Он рядом. Без сознания. Сидит на стуле связанный, как и я. На мой шепот не реагирует. Голова мужчины безжизненно наклонена вперед.

Здесь тихо. Темно. Кажется, что находишься в бескрайнем черном пространстве, и страх впивается под кожу сотнями клещей, выпивает остатки здравомыслия. Кто-то легко может пройти в трех метрах от нас и остаться невидимым.

На полу, в метре от нас, горит маленькая свечка. Поодаль есть и другие.

Так.

Надо сосредоточиться.

Что произошло?

Последнее, что я помню, – боль в ноге. Мне что-то вкололи. И вот я очнулась. Сколько времени прошло? И кто меня связал?

Господи!

Все это не может происходить на самом деле!

Шестирко вздрагивает и резко втягивает воздух сквозь зубы. Глаза широко распахиваются. Он пытается осознать, куда попал.

– Виктор! – восклицаю я. – Как ты?

Его лицо почти полностью скрывается во мраке, но я замечаю, как он с облегчением выдыхает, когда видит меня живой и невредимой.

– Солнце, – шепчет он, – прости, я не увидел ее… подкралась сзади, не понимаю, как… откуда она вылезла вообще?! – Виктор шипит от злости. – Зараза, такого не должно было случиться.

– Да плевать! – рычу я. – Как нам сбежать?

– Для начала выберемся из веревок."

"– Гениально, – фыркаю я.

Стул скрипит, когда Виктор начинает крутиться и выворачиваться, чтобы ослабить веревку, но ничего хорошего из этого не выходит: он едва не падает.

– А если разломать сам стул? – предлагаю я.

– Он железный.

– Выглядит хлипким.

– Я могу придвинуться и попробовать развязать твои запястья, но узлы там добротные.

– Помню, что в заднем кармане остался раскладной нож.

– А ты опасная, – радуется он. – Меня эта сексистка, кажется, до трусов обчистила.

– Ты же мне его подарил.

Виктор рывками двигается ко мне. Стул мерзко скрежещет о плитку. Я боюсь, что на этот звук сбежится весь город, но Шестирко быстро добирается и пытается залезть в мой карман.

Спустя несколько минут Виктор ухитряется разрезать веревки на моих запястьях. Я с облегчением растираю руки. После разрезаю остальные веревки на себе и освобождаю товарища.