Адвокат с Эльтона

Не многие из них с трудом накапливали сбережения на Ион или на тот же ближайший М-14. А уж про мальчиков я вообще молчу…

В двенадцать лет я случайно узнал о существовании специальных приютов для несовершеннолетних мальчиков-полукровок. Когда я впервые спросил у матери, почему ребята живут за толстой решёткой, она сморщилась, точно попробовала протухшие мидии, молча взяла меня за руку и демонстративно перевела через дорогу, подальше от покосившегося домика с уродливым забором. «Это грязь, сын, — сообщила Аннабель безапелляционным тоном.

— Они не достойны даже того, чтобы на них смотрели». Именно в тот день я впервые задумался о том, кем становятся и как зарабатывают себе на жизнь полукровки. Ну и, конечно же, я сделал это в память об Элизе.

— Да лениво было далеко лететь, а Ион — деловая столица. Сгонял на выходных, присмотрелся к ценам на офисы и подумал: а почему бы и нет?

— Понятно. В целом логично, — ровно отозвалась Алесса.

В какой-то момент я почувствовал через спинку кресла, что спутница поменяла положение, опустившись ещё чуть ниже, а затем к общим звукам добавилось ещё и очаровательное мерное посапывание.

Памятуя о том, как спящая эльтонийка прижималась ко мне в офисе в поисках тепла, я включил дополнительное отопление багажного отсека. Похоже, Алесса тоже слишком много работает и мало спит.

Однообразный космос проносился перед глазами, маршрут тянулся прямиком на Ион. Глаза слипались, но я мужественно управлял «Крылаткой» на ручном режиме, периодически бросая взгляды на трогательно спящую Алессу.

У меня получилось настроить внутреннюю систему зеркал так, чтобы я мог видеть её лицо. Было в эльтонийке что-то такое, от чего хотелось постоянно ею любоваться. Сильная и независимая прокурор в спящем состоянии превращалась в трогательную и милую девушку, черты её лица становились мягче.

Первые полчаса Алесса беспокойно ворочалась и хмурилась. Я даже снял пиджак и свернул его в качестве подушки, думая, что ей элементарно неудобно, но это не помогло.

А затем её хвост пробрался в щель под креслом и крепко обвил мою лодыжку. Лицо Алессы полностью расслабилось, как у маленького ребёнка, нашедшего во сне любимого плюшевого медведя.

Уже второй раз в жизни она засыпала рядом со мной. Говорят, разумные гуманоиды могут заснуть лишь тогда, когда чувствуют себя в безопасности. Это глубинный инстинкт самосохранения, доставшийся нам от наших предков.