Нарисованный Тайлером ситуационный план им в этом немало помогал.
Второй волной за первой пошли два десятка сотрудников полиции, взятых для численности. Прокуратура их традиционно держала в неведении до последнего момента и использовала скорее, как массовку.
Спецназа в привычном мне, как представителю своего мира, понимании, у местных правоохранителей не было. Однако даже и так были некоторые более лихие гренадёры-штурмовики полиции, которым на мой взгляд не хватало бронежилетов и более тяжелого, вроде армейского, вооружения.
Основная группа пошла, втянувшись внутрь и снаружи фабрики образовалась обманчиво спокойная обстановка и только дежурившие снаружи два оперативника в штатском, похожие на скучающих гопников выдавали опытному глазу что «что-то происходит».
К тому времени Чен уже давно вытащил нас наружу, так что мы большой толпой несмело подошли к внешней границе фабрики.
Я поздоровался с ближайшим ко мне оперативником, хотя видел его впервые.
— Уважаемый, если что, у нас тут есть некоторое количество казаков, совершенно случайно.
— Спасибо за бдительность, — обаятельно улыбнулся молоденький, но от этого не менее шустрый и опытный опер, — но мы как-нибудь сами. Пробовали применять солдат… специфика не та. Но, в любом случае, спасибо.
Следственная группа, в том числе и донельзя серьёзная Ангелина, сидели в служебном автомобиле и ждали, когда их «позовут».
Внутри фабрики был шум, возня, что-то дважды громыхнуло, приглушённые крики «стой, зараза, сукин кот!», что должно быть означало — «вы арестованы, соблаговолите предоставить запястья для наручников».
Ещё несколько минут ничего не происходило, и мы с казаками даже слегка заскучали."
"Потом, словно точно зная, когда подъезжать, на улице появился местный автозак и с территории фабрики стали выводить растрёпанных первых арестованных. Вели их по одному и по их поведению было сразу понятен характер.
Кто-то шёл и не трепыхался, не понуро, но и без лишней театральщины. Вроде — ну арестовали, значит арестовали. Кто-то ревел белугой и сквозь слезы обещал всех сдать, только «не губи, барин».
Кого-то несли на руках как бьющуюся об лёд рыбу. Кто-то демонстрирован наливающийся лиловым бланш вокруг глаза.
В какой-то момент движение «наружу» прекратилось, и я подошёл к вахте.
— Могу я войти? — максимально вежливо осведомился у курившего прямо в «вахтёрской» оперативника в штатском.
— А Вы кто?
— Адвокат Филинов, — улыбнулся я и показал удостоверение.
— Уже? — искренне изумился он.
