Он привычно сел на стул и устало вздохнул, не говоря ни слова и предоставляя мне возможность говорить, раз уж позвал.
Я встал, запер на ключ офис, зашторил окна, а то мало ли какая шальная бабуся ворвётся, а мы тут макрами меряемся?
Только после этого достал саквояж, сместил все бумаги со стола в один угол и стал по одному доставать мешочки, приоткрывать и ставить на столешницу.
Он никак не отреагировал, лишь слегка улыбался, будто каждый день ему такими объёмами охотники сдают.
Когда я достал всё, то оперся о стол, скрестил руки и сказал.
— Я бы хотел всё это продать.
— Откуда гостинцы?
— Из лесу… в смысле, клиент расплатился за оказанные услуги.
— А документы?
— Есть… точнее сказать, сделаю, оформлю отгрузку со своего прииска.
— Но они определённо не с прииска, тут есть макры второго и третьего уровня, в том числе довольно ценные, животные и растительные.
— Не важно, главное документы есть. На сколько всё это тянет?
— Затрудняюсь сказать, — в противоречии со сказанным, по умному лицу Скарабейникова было видно, что цену он очень даже знает.
— Вы ведь понимаете, что каждый макр по-хорошему бы поштучно оценить. Но могу точно сказать, тут десятки тысяч рублей, если говорить про розничную цену.
— За сколько вы бы у меня это купили?
— После некоторых раздумий он непроизвольно отзеркалил мой жест и тоже скрестил руки.
— В любом случае, у меня не будет на всю партию финансов…
— Подскажете кого-то из вашей братии, у кого будет нужная сумма?
— Послушайте, Аркадий Ефимович, любой торговец… ну, кроме меня, разумеется, купит это за двадцать пять — тридцать процентов от рыночной цены, чем здорово вас нагреет.
Вы не найдете честного и щедрого торговца на большую разнотиповую партию. Что уж утаивать, на однотипную тоже. Были бы они у вас все патронные, вы бы могли продать их на одно из предприятий оборонной промышленности, были бы автомобильные…
— Я понял логику. Продал на автозавод. Они ценные, но очень разные. Это их плюс и минус одновременно.
— А в чем плюс?
— Их не отследить.
Партию в три тысячи одинаковых не спрячешь, а на эти…
— Откуда вы говорите, ваш клиент их взял?"
"— Я не говорил. Собрал, он своего рода коллекционер. Так вы сказали, кроме вас никто честную цену не даст? А у вас денег нет? Патовая ситуация.
— Не совсем. Аркадий Ефимович, я готов взять их на реализацию.
— Как это? Поясните?
— Они выставляются у меня в лавке. Покупатель приобретает, платит мне. Я беру свой скромный процент, а вам отходит большая часть.
