Адвокат вольного города 5 (СИ)

— С этим нет проблем, китайцы — лучшие любовники в мире. Знаешь, сколько детей мы рождаем в любви и страсти? Мы — самая многочисленная семья народов.

— Тут не поспоришь. Сменим тему. Я же говорю, не мне давать советы. У меня у самого вообще девушки нет.

— Ну да, как же, — усмехнулся наблюдательный китаец. — Ты совершенно точно нравишься Пенелопе Романовне Кукушкиной. Скорее всего, нравишься той прокурорше, Колонковой. Обе они из дворянских родов, твои родители наверняка будут довольны, дадут согласие, благословение.

— Мне нахрен не нужно их благословение. И слово-то какое, прокурорша. Тьфу, звучит, как ведьма из леса. Ты её видел?

— Да, конечно. И она симпатичная, — кивнул всегда внимательный к деталям Чен.

— А я ей… им… Как думаешь? Симпатичен?

— Аркадий, — как и его соплеменники, он крайне редко называл моё имя верно, без разрыва и почти всегда это был показатель того, что говорит эмоционально. — Ты вообще девушкам нравишься.

— Всё-то ты про меня знаешь. С чего бы я был им привлекателен? Всё время по судам, бандиты за мной охотятся, проблемы у меня.

— Не знаю, — недоумённо пожав плечами, он стал деловито собирать подписанные документы. — Вот не знаю я, что у девушек на уме. Говорят одно, имеют в виду другое, делают третье. А по глазам, там чувства у них сложные, как танец тысячи птиц в небе, причем птиц разных видов и пород.

— Нифига ты загнул! Прямо, поэт.

— А я стихи иногда пишу. Может и правда, поэт.

— Красава, уважаю.

— Нет, — категорически отрезал он. — Они на китайском. И они про любовь. В общем, простите меня, господин…

— Давай без этого, не хочешь читать стихи, не надо. Я без обид, всё понимаю, стихи — это личное. Это не текст искового заявления на проверку.

— Ну да, — он ставил печати и проверял, не пропустил ли я где-то подпись, потом в каком-то известном только ему порядке разложил документы по разным секциям портфеля. — Как твоё здоровье? Сестра интересуется.

При упоминании о его сестре я непроизвольно дёрнулся, рёбра тут предостерегающе стрельнули болью.

— Нормально всё. Кстати, об этом… Тебе не кажется странным, что Танлу-Же поставил твою сестру защищать меня от опасностей? Ну, какой из неё телохранитель?

— Она достойный член моей семьи, — с лёгкой обидой возразил Чен. — И у неё синий пояс. К тому же, тебя же больше никто не пытается убить. То есть, твоя охрана — это теперь всё больше формальность и дань уважения.