И жил этот безумный по жестокости маг, ибо некоторые оборотни после такого сходили с ума, внимание, жил и умер в Хаксе.
Сторона людей была обязана уничтожить жезл Варрана как один из обязательных пунктов в подписании мирного договора. И сейчас кто-то даже не жезл собирал, сейчас кто-то выкапывал топор войны.
Говорили в основном Итан и миссис Беридер, мы же с Пуфом, побывавшие под артефактной клятвой и предпочитающие не произносить ключевые слова вслух, сидели с напряженными лицами и боялись слово сказать."
"— Я не спрашиваю для чего вам это надо, — осторожно сказала преподаватель.
— Но мне не нравится выражение ваших лиц, поэтому посоветую лишь одно. Не ввязывайтесь в это дело. История всегда ищет виновных. И обычно это слабейший на период ее завершения.
После ухода миссис Беридер некоторое время мы сидели тихо, боясь спугнуть тишину[40].
— Путь откроется[41], - уверенно сказал Итан. — Если прямо сейчас, в этом городе решается — быть или не быть возобновлению войны, я не буду стоять в стороне. Понимаю, что опасно, но готов идти дальше.
Жезл должен быть найден и уничтожен.
— Согласна, — коротко сказала я.
— Согласен, — кивнул Пуф.
При малейшей возможности предотвратить междоусобицу, это необходимо сделать даже ценой собственной жизни.
Мало какие документы и договоры ценились так высоко и выполнялись так неукоснительно как договор Тройственного союза между людьми, оборотнями и вампирами. И если хоть один пункт из договора оказывался невыполненным, тут же подняли бы голову многочисленные организации всех рас, точившие зуб друг на друга.
Каждая раса как могла искала и останавливала своих фанатиков, но тут и там, в городах и деревнях возникали радетели, готовые «спугнуть тишину» колом и мечом или зубами и когтями. Такие группировки подняли бы как флаг факт нарушения любой стороной один из пунктов Тройственного договора.
Пуф остался в комнате заносить метки в карту, а мы с Итаном вышли в коридор. Он обнял меня и осторожно поцеловал в висок.
— Мы, тигры, не сильно клановые, — задумчиво произнес капитан, — но во всех войнах наш род возглавлял войска, много прославленных генералов вышли из семьи Донахью.
И много умерло молодыми. Возможно, мне предстоит такая же судьба.
Я дрогнула. Боль ввинтилась в сердце. Я понимала, что начнись новая смута, если люди начнут сжигать поселения оборотней, мой Итан встанет живым заслоном между фанатиками с факелами и испуганными женщинами и детьми. Людей было намного, намного больше, чем Двуликих.
