Афера Сатаны (ЛП)

— Дженнифер Уитли?

Когда я киваю в подтверждение, она что-то записывает в блокнот.

— Я не знаю, правда это или нет, но, независимо от этого, это не имеет значения, Сибби. Даже если все до единого из них были злыми людьми, это не повод действовать. Ты ведь знаешь это?

Ее слова ранят меня, но вместо того, чтобы отреагировать гневом, я делаю глубокий вдох и вытираю слезы. Слова Гленды возвращаются ко мне. Может, я и не нормальная, но это не значит, что я сумасшедшая. Это не значит, что то, что я вижу, не реально. Доктор Рози — она не может видеть и чувствовать запахи, как я.

Она не была одарена дарами, которыми одарена я. Я просто должна помнить об этом. Что бы она мне ни говорила, она ошибается. Она говорит с позиции невежества.

Как ты можешь говорить мне, что я не вижу того, что вижу я, только потому, что ты тоже этого не видишь? Почему недальновидные люди имеют право утверждать, что является здравым, а что нет?

Медленно, но верно, я успокаиваюсь.

— Они реальны, — уверенно произношу я.

— Мы реальны, — шепчет знакомый голос.

Моя голова поворачивается в сторону голоса, и я задыхаюсь, когда мои глаза сталкиваются со знакомыми красными глазами."

"Мортис. Стоит в углу комнаты, позади доктора Рози. В своей красной окраске и красных контактных линзах. На его лице маленькая, знающая улыбка.

— Ты что-то видишь, Сибби? — спрашивает доктор, нахмурив брови. Мои глаза возвращаются к ней, и я изо всех сил стараюсь сохранить лицо равнодушным.

— Тебе не разрешается называть меня Сибби, — отвечаю я.

— Они пытались избавиться от нас, — говорит Мортис, отступая от стены и приближаясь к доктору Рози.

Медленно и методично. Она не замечает его. Вместо этого она смотрит на меня, на ее лице жесткое выражение. — Ты перестала принимать лекарства, Сибби?

Я киваю, незаметно опустив подбородок, чтобы не вызвать подозрений у доктора, сидящей напротив меня. Внимательно изучает и препарирует. Пытается разобрать меня на части и понять. Она такая же, как и все остальные. Она считает меня сумасшедшей.

Мортис стоит прямо за ней.

Ухмылка на его лице растет, когда он кладет свои красные руки ей на плечи. Но она по-прежнему не замечает его. Кажется, она даже не чувствует его прикосновений. Она просто продолжает смотреть на меня.

— Я знаю, как нам выбраться отсюда, Сибби. Ты знаешь, что делать, — говорит он, указывая на ручку в ее нагрудном кармане. — Сделай это. Тогда мы сможем быть свободными, и тогда мы снова сможем быть все вместе.

Медленная улыбка расползается по моему лицу.