Афера [СИ]

Потом резко вскинув голову сказала:

— Спасибо.

— За что? — заметно удивился мужчина.

— За то, что подлетели и поговорили, за то, что перестали быть пугающим и неизвестным. Правда, спасибо, а то мне весь день было не по себе. Доброго вечера. И еще раз спасибо, вы замечательный.

И, не дожидаясь его ответа, который скорее всего не последовал бы, я повернулась и, словно только что заметив дождь, побежала к дому.

Киборг-дворецкий придержал для меня дверь, искренне поблагодарила его и поспешила к лифту, все так же босиком.

Причем совершенно искренне улыбаюсь. Не знаю, кем конкретно является тот мужчина, может тем самым Гесом Майерсом, но его озадаченное сидение во флайте мне понравилось.

А вот что не понравилось — стоило выйти из лифта, как я столкнулась с букетом. Букет был огромен, внушителен, пугающ и необъятен. Нет, в принципе я могла бы его поднять, мы на тренировках таскали груз превышающий собственный вес, но девочка-солнечный свет такое бы в жизни не подняла, и любой адекватный человек это прекрасно понимал.

— Нравится? — невинно поинтересовался Ирд.

Его пес просто молча подошел, отобрал у меня туфли, умудрившись удержать в пасти обе, понес до двери и встал там, виляя хвостом и предлагая мне скорее открыть дверь.

Интересно, каковы шансы привлечь внимание тринадцатилетней девочки, если рядом с тобой такая большая и подчеркнуто дружелюбная собака? Может я зря списала этого улыбчивого индивида со счетов?

— Нннравится, — ответила я, потрясенно оглядывая букет.

"— Да ничего, — беззаботно отозвался парень, — я занесу и даже помогу по вазам расставить.

И все так легко и естественно, как так и надо. Кто ты, Ирд с собачкой?! Девочка-праздник неуверенно улыбнулась, укоризненно погрозила пальчиком и честно сообщила:

— Исключительно ради Старины.

Подозрительно умный пес радостно завилял хвостом.

Я подошла к двери, открыла замок, пропустила Старину, который войдя, аккуратно поставил мои туфли на подставку, а после как истинный джентльмен забрал у меня сумку и понес в квартиру, Ирд вошел следом, ведя себя настолько по-свойски, словно мы действительно знакомы тысячу лет и вообще ничего такого не происходит.