Афганский гладиатор

За Сашу!

– За всех присутствующих! За здоровье, счастье и любовь!

Татьяна обратилась к бармену:

– Скажите, пожалуйста, Берды, почему вы так хорошо относитесь к Саше?

Берды поставил рюмку:

– А как, дорогая Татьяна, я должен относиться к человеку, который спас моего сына от неминуемой смерти? Спас, рискуя своей жизнью?

Женщина изумленно взглянула на Александра. Тот невозмутимо курил, не вмешиваясь в разговор Тани и бармена.

– А он не рассказывал вам?

– Нет! Он вообще почти ничего не рассказывает о себе.

– Это неправильно.

Но не рассказывал Саша, расскажу я. Это было год назад. Вы знаете, где находится старая лодочная станция?

Татьяна утвердительно кивнула:

– Так вот, как-то в воскресенье мы с Бяшимом, директором рынка, решили пойти на речку. Жарко было. Думали искупаться. Приходим, а на берегу, чуть правее, двое офицеров из гарнизона водку пьют. Подумали тогда еще – не нашли другого места. А с нами были старшие сыновья, мой Ата и Ашир Бяшима. Они ровесники, тогда им было по восемь лет. А река там коварная, возле берега и можно плавать, дальше стремнина, а еще дальше по течению проволочная сетка перед железнодорожным мостом.

Попадешь в стремнину, считай, пропал. Или на дно утянет, или сетка запутает. Ну, мы с Бяшимом в воду, дети с нами, возле берега плаваем туда-сюда. А потом вдруг крики. Я смотрю, а Ата с Аширом уже на середине. Мы с Бяшимом замерли, не зная, что делать. Детей же понесло по стремнине. И вдруг мимо нас кто-то в воду нырнул. И выплыл около ребят. Сначала схватил одного и рывками к берегу, тут и мы с Бяшимом в себя пришли. Что есть сил поплыли к тому, которого неизвестный на спокойную воду вывел. Оказался Ашир. А мой сын уже совсем рядом с сеткой. Я закричал. Глаза закрыл. Думал, все! Потерял сына по своей глупости. Но неизвестный каким-то чудом успел достать и Ату. Долго он боролся с течением в каком-то метре от сетки, но выплыл. Сначала сына на берег вытащил, потом сам в песок упал. Силы кончились. Мы к этому человеку. А он – все в порядке! Не купайтесь больше здесь. И улыбнулся, а сам встать не может. Да и то, это сколько надо было иметь сил, чтобы двоих из нашей реки, где и одного-то спасти почти невозможно, вытащить. Сил и храбрости. А теперь, Таня, догадайся, кто бы тем неизвестным спасителем?

Татьяна перевела взгляд на Тимохина:

– Ну, конечно же, он! Поэтому мы с Бяшимом теперь до самой своей смерти его должники.

Таня продолжала смотреть на Александра:

– И ты, спасая детей, не думал о себе?

– Некогда думать было, Таня.