Афганский гладиатор

Но кто его обломал? Ведь все уже решено было!

– Тебя это так волнует?

– Да не прочь бы узнать! Булыга ходит по части злой, ни с кем не разговаривает, на Василенко обиду затаил. Только перед комбатом меняется, тянется в струнку, морда козлиная. Но это хорошо, что его прокинули. Еще бы Гломова куда-нибудь перевели, вообще лучше не придумаешь.

– А тебя на его место?

– Смеешься? Тут роту-то ни хрена не дают, старлея никак не присвоят, а ты – вместо Гломова. Но мне по херу эта карьера. Я и уволиться могу безо всякого сожаления.

Главное, у меня теперь Лена есть!

– Лена – это хорошо. Но давай поговорим о другом.

Шестаков охотно согласился:

– Ты знаешь, я сегодня должен уехать в Ташкент.

– У меня к тебе просьба.

– Не хотелось бы дежурную машину до поселка просить. Это надо на комбата выходить, зампотеха. Когда своя под боком. Но свою назад я пригнать не могу.

– Так вот, ты бы у своего ротного отпросился на часок. Подбросил бы меня до вокзала и отогнал «жигуль» обратно в парк, а?

– Какой разговор, Сань? И отпрашиваться ни у кого не буду! Из парка сам лайбу выгонишь?

– Нет! Я в часть не пойду.

– Тогда давай ключи. Во сколько поезд?

– Ясненько, значит, в 12-00 «копейка» будет стоять у твоего дома!

Тимохин передал Шестакову ключи от машины:

– Возникнут проблемы, сообщи! Чтобы я не опоздал!

– Не беспокойся. Все будет чики-чики. А проблемы, если возникнут, решим просто. Пошлем их на... Значит, в часть не идешь?

– Тоже верно! Чего в батальоне делать? Слушать Гломова с Василенко на разводе? Один требованиями выполнения распорядка дня задрочит с утра, другой конспектами первоисточников.

Дома спокойней, тем более ты уже в командировке. И чего меня никуда не посылают? Хотя нет, сейчас отъезды мне не по кайфу. Елена рядом!

– Иди, Вадик! А то на развод опоздаешь.

– Лады, пошел. Короче, встречаемся в 12-00.

Тимохин, проводив Шестакова, зашел к соседям по дому. Попросил заполнить емкости водой и заменить газовые баллоны, еще раз проверил содержимое дорожной сумки.

Подумал, а не пойти ли в парк, взять машину и съездить в детский сад к Татьяне, которая сегодня должна уже быть на работе, но... отказался от этой затеи. Что, кроме усиления боли разлуки, даст эта встреча, если еще удастся застать Татьяну? Ничего! Пусть уж остается все как есть. Он уедет, а когда вернется, тогда и встретится. И вот тогда встреча вызовет совершенно иные эмоции.

Шестаков подъехал, как и обещал, ровно в 12-00.