Афганский гладиатор

Самолет ждать не будет!

– Как отправите «Фергану», доклад мне!

Полковник положил трубку на рычаги, подумал: с чего это вдруг отправкой боевой группы Фергана заинтересовался сам Дмитриев? Да, он куратор деятельности подобных подразделений, но никогда раньше не вмешивался в подготовку групп к отправке. А тут проявил интерес. Не связан ли он напрямую с той задачей, что придется решить «Фергане» в Афганистане? Наверное, связан, ведь основная цель диверсионного подразделения – полковник Кашнин, в прошлом непосредственный подчиненный Дмитриева.

И от того, что может сказать Кашнин по возвращении в Союз, вполне может зависеть судьба Дмитриева. Впрочем, может и не зависеть!

Александр же, спустившись из штаба, вышел на улицу. Помня предупреждение полковника и, не собираясь подчиняться, старший лейтенант пошел не к стоянке служебных легковых автомобилей офицеров штаба округа, а к ближайшей чайхане, где и купил запрещенную Феофановым водку. Встречу с ребятами следует отметить, сколько не виделись и сколько уже вместе прошли.

К черту всякие запреты. Затарившись водкой, Александр вернулся к штабу. «Волгу» полковника заметил еще на выходе. Подошел к ней. Водитель, прапорщик, которого все звали Николаем, безмятежно спал, откинувшись на сиденье. Правильно делал. Время зря не терял. И служба шла.

Тимохин постучал по дверце:

– Эй, извозчик, на Тверскую едем?

Прапорщик приоткрыл один глаз:

– На Тверскую? Едем, если у пассажира хватит денег. Запрошу много!

– Ну, тогда не на Тверскую, а на Улугбека! Привет, Коля!

– Здорово, Саня! Ты сегодня уже пятый из группы, которого я везу на окраину города.

– Значит, еще шестерых придется ждать!

– А куда денешься? Плохо, что до утра! Самолет Крымова прилетает из Самарканда в 3-30.

– Ничего, Феофанов учтет твою ночную работу и предоставит заслуженный выходной.

– Ага! Дождешься! Это только кажется, что служба у водителя высокого начальника – лафа. На самом деле каторга.

Тимохин посоветовал:

– Так бросай баранку и давай к нам, в группу!

Прапорщик отрицательно покачал головой:

– Нет уж, Саня, спасибо.

Если у меня работа – каторга, то ваши рейды – это очередной подъем на плаху. С большой долей вероятности невозможности сойти с нее, сохранив голову. Так что я лучше помучаюсь водителем. Ну что, поехали?

Сев на место переднего пассажира, Тимохин повернулся к прапорщику:

– Слушай, Коль, а это правда, что ты не остановишь машину возле магазина, если я попрошу тебя сделать это?

– Правда! И не доматывайся до меня, Саша.