Почему мы верим россказням Пакистана, а не нашим лётчикам? — вступил в разговор командир местного 727го вертолётного полка.
— А вам бы я посоветовал тоже повременить с разговорами. Вы без приказа взлетели на авиационную поддержку войск. Нарушение всех мыслимых и немыслимых указаний! Вы хоть понимаете, что срываете своим самоуправством замысел операции? — продолжал возмущаться Баев.
— Я могу вам устроить такой приказ, товарищ подполковник. Если мои ребята требуют поддержки, значит, они её получают, — поднялся во весь рост Кувалдин.
Возникла секундная пауза. С комдивом, у которого размер кулака как моя голова, спорить Баев не стоит. В это время Кузьма Иванович повернулся к нам.
— Пришли. Что, Клюковкин смотришь⁈ Разбудил «пакистанского» зверя?
— Не понимаю вас, товарищ подполковник, — ответил я.
— Поймёшь. Когда тебя под суд отдам, сразу всё поймёшь.
— При чём здесь он, Иваныч⁈ Никто не пересекал границу. В Пакистане лагерь духов, замаскированный под лагерь беженцев. И сейчас они идут к высоте 799…
— Фима… То есть, Петрович, ты так ничего и не понял! — разрывался Баев.
В этом моменте мне даже было несколько жаль Кузьму Ивановича. Он действует согласно плану операции и не даёт остальным его менять. Вот только что-то мне подсказывает, эта сама операция уже идёт не так, как задумали.
Дверь в кабинет открылась и вошёл генерал-лейтенант Целевой Рэм Иванович. Следом за ним вошёл командир бригады специального назначения Тростин Борис Матвеевич.
— Команды не подавать. Жду доклад от ваших лётчиков, товарищ подполковник, — быстро проговорил генерал, снял фуражку и сел за стол.
— Товарищ замкомандующего, время теряем. Духи втянулись в долину. Мои ребята их сдерживают, но силы не равны… — начал говорить Тростин.
— Мой приказ — держаться. Это неосновные силы, — перебил его заместитель командующего.
Перед Целевым командир спецназа и Ефим Петрович тут же разложили карту. Сразу Тростин начал указывать на карте позицию группы Сопина. А с ней и места расположения пакистанских лагерей.
Оказывается, их вблизи 799й высоты, не один и не два.
— Со стороны реки несколько отрядов. Общая численность 100–120 человек. И со стороны Пакистана аналогичное количество…
— Я тебя понял, Борис Матвеевич, но это неосновные силы. Агентура доложила, что их должно быть больше 600та, — ответил Тростину Целевой и повернулся ко мне. — Лейтенант, я вас слушаю и побыстрее, — потребовал генерал, надев очки для чтения.
Я подошёл к карте и показал места лагерей.
