Тогда под раздачу действительно могут попасть мирные люди, проживающие на окраинах Майнсдорфа.
– Как себя чувствует твой коллега? – продолжала донимать его вопросами Эрика. – Ну, тот, с которым вы ушли в бар, а вернулся ты один, грязный и в царапинах?
– Отто прекрасно себя чувствует. Он ни на что не жалуется, доволен жизнью и с оптимизмом смотрит в будущее. Сегодня мы пили с ним кофе. Почему ты спрашиваешь? Все, дорогая, хватит, пора спать. Мне рано вставать. Не спрашивай больше ни о чем, если не хочешь накликать беду.
Она что-то чувствовала, делала свои смешные женские выводы, но вряд ли подозревала самое страшное. Да и что это такое теперь? Все запуталось, небо и земля менялись местами.
Утром он вывел «Даймлер» из полутемной подворотни, ехал осторожно, очень медленно. Местные жители имели привычку топать по тротуару, не посмотрев в арочный проезд.
Так оно и случилось. Он выезжал на улицу, и какая-то женщина, не глядя на него, сошла с бордюра. Алексею пришлось ударить по тормозам и надавить на клаксон.
Дама встрепенулась и резво прыгнула обратно.
Это была фрау Циммер! Уваров не поверил своим глазам. Она самая, в сером пальто с темным меховым воротником, в какой-то странной шапочке, украшенной лисьим хвостом. Докторша возмущенно что-то бросила, прижала сумочку к груди. Надо же, бывалая конспираторша!
Алексей все понял, повертел головой, выехал на Бихтерштрассе, повернул направо и медленно двинулся вперед, прижимаясь к тротуару. Взгляд его скользил от боковых стекол к зеркалу заднего вида.
Уваров был уверен в том, что никто за ним не пристроился. Он свернул в первый переулок, проехал метров пятьдесят и встал.
Ждать ему пришлось минуты три. Женщина шла неспешно, помахивая сумочкой. Она открыла заднюю дверь и села в его машину, как в свою, вся исполненная грации и достоинства.
– Могли бы и раньше остановиться, Мартин, – заявила докторша. – За вашим домом слежки не было, я проверила. Вы заставляете бегать немолодую женщину.
– Куда поедем, фрау Циммер? Прекрасно выглядите. Вы в своем уме, Клара? Зачем вы пришли к моему дому? А если бы я вас не заметил?"
"– Если бы вы меня не заметили, то я прыгнула бы вам под колеса, – с язвительными нотками в голосе сообщила ему радистка.
– Уж тогда-то вы точно увидели бы такую помеху. Прошу прощения, Мартин, дело не терпит отлагательств, некогда ждать, пока вы придете ко мне на прием. До подхода Красной армии осталось не больше трех суток. Вчера я передала в центр ваше сообщение насчет господина Вахновского.
