Я был послан для исполнения разовых поручений резидента. Какие они будут – мне неизвестно.
– Каким образом резидент должен был с вами связаться?
– Назвать условленную фразу.
– Какую? – быстро спросил Егор.
– «Товарищ рядовой, вы, случаем, не из Мелитополя родом?»
– А отзыв есть?
– Есть… Я должен ответить: «Нет, я из-под Харькова». После чего мне будет дано задание, которое я должен выполнить.
Ивашов задумался. Ему сейчас надлежало решить непростую альтернативу.
С одной стороны, арестовать сейчас Зеленчука-Коноваленко, значило насторожить резидента.
Он станет аккуратнее, осторожнее, возможно, затаится и на время свернет свою разведывательную деятельность. Вычислить его после этого будет еще сложнее, если это вообще возможно. И через какое-то время абвергруппа зашлет в помощь ему другого агента, которого в полку уже никто не узнает."
"С другой стороны, начать с вражеским резидентом игру и отпустить Зеленчука-Коноваленко в свое подразделение, значило подвергнуть себя двойному риску.
Придется следить за ним денно и нощно, что может заметить резидент. Кроме того, бывший полицай, зная, что ему грозит если не расстрел, то длительный срок исправительных лагерей, может попросту сбежать. Тогда и до резидента будет не дотянуться, и самого Егора Ивашова по головке отнюдь не погладят. Ведь если сбежит бывший полицай, то последуют одного рода неприятности, а вот если полицай и предатель, ставший агентом врага, будет отпущен, за это можно и под трибунал угодить: припишут пособничество врагу – и в лагеря по этапу! Но решать что-то надо было, и младший лейтенант Ивашов решил рискнуть…
– Ты жить хочешь, Коноваленко?
– Да, – последовал ответ.
– Я могу гарантировать тебе жизнь, если…
– Я никого не убивал, – завел старую песню Зеленчук-Коноваленко.
– …если ты поможешь нам взять резидента.
– Как? – с надеждой посмотрел на Егора Зеленчук-Коноваленко.
– Я же его не знаю в лицо.
– А так. Сейчас ты вернешься в свое подразделение и будешь служить дальше. За тобой будут неусыпно следить. Если задумаешь сбежать – тебя попросту пристрелят. Учти это… Будут интересоваться, что от тебя хотели «смершевцы», говори, что предлагали стать осведомителем, а ты согласился. Для виду, чтобы отвязались. А куда, мол, деваться, ссориться со «СМЕРШем» нельзя. Понял?
– Понял, – быстро ответил Коноваленко.
