Агент сигма-класса. Больше, чем адъютант

Меня засасывает в воронку дьявольского удовольствия. Короткие вздохи рваными клоками вылетают из лёгких. Солёные брызги попадают в рот и нос. Волны, словно соревнуясь с цваргом, жадно облизывают стопы. В тот момент, когда я чувствую, что близка к разрядке, я всё-таки приподнимаюсь на локте и отрывисто выдыхаю:

«Эта ночь была бы воистину великолепна, если бы ты подарил мне себя целиком». Слова вертятся на языке, но произнести я их так и не смогла, потому что звезды и серебристые луны на небосводе внезапно закружились, а тело пронзила сладкая судорога.

Я буквально захлёбываюсь в собственных эмоциях и теряюсь в мучительно сладких ощущениях. Шквалистый ветер наслаждения беспощадно разбивает одинокую шлюпку о скалы. Утопающий делает свой последний вдох перед самой желанной смертью. Ещё никогда мне не было так хорошо! В мыслях поселилась абсолютная пустота и неожиданное желание продолжить. Отдышавшись, я с вызовом смотрю в потемневшие глаза цварга и вижу, как это буквально сносит все предохранители. Даррен, как всегда, понимает меня без слов.

На этот раз адмирал заменяет дерзкие пальцы крупным и горячим членом. Он действует плавно, но чётко и размашисто, постепенно превращаясь в тугой поршень. Я вскрикиваю, когда он входит в первый раз, но Даррен ловит крик губами, а затем и вовсе начинает двигаться как одержимый, неистово вдалбливая в камень, но одновременно с этим шершавые ладони начинают сводить меня с ума, нежно лаская спину, трогая ягодицы и грудь.

Шлепки и влажные звуки тонут в шуме прибоя. Наше дыхание — одно на двоих. Солёный воздух давно смешался с собственным ароматом Даррена — свежей хвоей и смолой. Адмирал ускоряет толчки, а я в ответ царапаю мускулистую спину, требуя брать меня ещё глубже, ещё сильнее, ещё ненасытнее. В какой-то момент меня начинает сотрясать острый головокружительный оргазм. Пальцы на ногах подгибаются, горло сводит сильнейшим спазмом. Я хриплю, потому что уже нет сил кричать. Разве может быть так восхитительно сладко? Так нежно-волшебно?

Я встречаюсь с расплавленным золотом в аметистовых радужках и понимаю: может.

Ещё как может. Даррен усмехается уголком рта, обозначая, что всё это было лишь прелюдией, проводит пальцами по мокрым волосам и переворачивает меня животом на тёплый камень. Древний, как сама Вселенная, танец двух тел продолжается, а я ловлю чистый кайф. Как же хорошо… Лишь бы эта ночь никогда не прекращалась…

Часть III. Глава 3.