Агент сигма-класса. Больше, чем адъютант

Если бы я сейчас получила разряд дефибриллятора, то чувствовала бы себя лучше. Потрясение, растерянность, страх, смятение, осознание собственного бессилия — всё смешалось в безумном калейдоскопе эмоций. Какого демона! Нет-нет-нет! Захотелось заорать. Во всю глотку, содрать голос от крика, осипнуть. На судьбу, на Элизабет, на этого швархова генерала, которого я внезапно возненавидела с такой силой, с какой только можно ненавидеть незнакомца, на эту продажную скотину Маркеланна Моро, для которого в первую очередь важны лишь деньги.

В прошлый раз у меня отобрали тело, имя и воспоминания. В этот раз Особый Отдел, кажется, решил вырвать моё сердце.

Но многолетняя выдержка агента дала о себе знать. Внешне сохраняя предельное спокойствие, я поинтересовалась:

— Но как же контракт с адмиралом Нуаре? Я думала, он заключён на десять лет, а прошло всего только три года.

— Да, всё верно, именно поэтому я уточнила про ментальное вмешательство.

Крошечный росток надежды шевельнулся в груди.

— Ничего подобного не было, Элизабет. Уверяю, адмирал Нуаре замечательно со мной обращался.

Все мои чувства обострились, я ловила каждый взгляд и каждый вздох Элизабет. Отчаянное желание защитить Даррена, но при этом не выдать степени того, насколько сильно я заинтересована в нём, сделали меня сверхчувствительной.

— Вижу, — вздохнула эльтонийка недовольно и рассеянно постучала пальцами по бедру, перебирая какие-то мысли.

Я замерла, прекрасно осознавая, что моего мнения здесь никто не спрашивает. Скорее наоборот, если Особый Отдел узнает, что у меня есть то самое мнение, то всё решится самым быстрым образом и далеко не так, как я хочу.

В тот момент, когда я размышляла, как могу повлиять на стремительно разворачивающиеся события, задумчивый Андрэ вернулся из соседней каюты.

— Что-то не так? — выпалила вопрос, отчаянно молясь, чтобы он сказал «всё не так, ты больше не можешь работать агентом».

— Да нет, всё так. — Док пожал плечами. — Твоё здоровье настолько идеально, будто ты вообще не ела за все эти годы ничего вредного. Я слегка удивлён, так как ещё не видел настолько превосходных анализов.

Я издала невнятный звук. Я до сих пор питалась этими безвкусными резиновыми пюре в тюбиках.