Агент сигма-класса. Больше, чем адъютант

В тот момент, а я уже с отчаянием подумала, что зря вот так в лоб обвинила генерала, он неожиданно заговорил:

— Айрик, Джерри, для тебя просто Айрик. Предлагаю перейти на «ты», ведь такая проницательная сигма не может не знать, что её контракт вот-вот перейдёт в мои руки.

Ну вот, теперь всё тайное озвучено вслух.

— Так вы это сделали исключительно ради того, чтобы перекупить меня?!

Впервые за всё время разговора Хестер улыбнулся.

— Да уж, я наслышан, что у агентов Особого Отдела весьма завышенная самооценка, но не представлял до какой степени.

Нет, Джерри, я не отправлял Даррена на это задание специально, чтобы он не вернулся, но предполагал, что такой исход вероятен. В любом случае, я рад тому, как всё удачно складывается. В течение двух-трёх месяцев адмирала Нуаре объявят пропавшим без вести, и мне даже не придётся переплачивать за досрочное расторжение твоего контракта. Думаю, через год-другой совет адмиралов выпишет ему ещё одну посмертную награду. Словосочетание «Космический Флот» вновь будет у всех на устах, престиж нашей организации возрастёт всего лишь ценой одного двухсотлетнего цварга, а в совете появится ещё одно свободное место. Это не более чем политика.

В груди разразилась острая, как жгучий перец, тягучая и тяжёлая, как расплавленный свинец, боль. Эта боль проникла так глубоко, что защемило в лопатках. Я открыла рот, чтобы сделать рваный вдох, но отфильтрованный воздух в каюте внезапно оказался спёртым, лишённым кислорода. Потянуло холодом. Настоящим, арктическим, пробирающим до костей.

Меня затрясло. Я попыталась сделать ещё один вдох, чтобы унять позорное дрожание рук и собрать ничтожные остатки самообладания, но вновь не получилось этого сделать. Все мысли о том, что ещё какую-то неделю назад я думала о том, как остаться с Дарреном, показались позорными. Если бы не моё эгоистичное желание быть всю жизнь с этим необыкновенным мужчиной, генерал Хестер не стал бы давать ему такое задание, ведь так? Так?!

— Джерри! Джерри, что с вами?!

Я посмотрела на генерала и обнаружила, что генерал крепко держит меня за локоть, не давая упасть, и всматривается в моё лицо.

— Джерри, вы побледнели.

Я не знала, что говорить и что делать... Последние прагматичные, если не сказать циничные слова генерала Хестера стояли похоронным звоном, нет, скорее, мерзкой сиреной в ушах. Из-за того, каким уверенным тоном произнёс эти слова пикси, не было сомнений: Даррен уже никогда не вернётся из этого задания.