Невольно поймала себя на мысли, что от Даррена пахнет свежей хвоей с нотками сосновой смолы. Совсем как в ботанических лесах на Танорге. Нестерпимо сильно захотелось приблизиться и вдохнуть этот аромат. А ещё за те годы, что я не видела адмирала, в его по-военному короткой причёске появились первые серебристые нити, но это очень ему шло. Полупрозрачная голограмма в кабинете Моро не могла передать оттенки цветов, мельчайшие детали лица адмирала, его запах, то ощущение ауры мужественности и решительности, которой буквально пропитывалось всё вокруг, когда адмирал хмурил брови.
Я также рассмотрела и тёмные пятна под глазами, и заострившиеся скулы, которые раньше казались мне широкими, и глубокий залом на лбу. Захотелось провести пальцем по этому месту, чтобы разгладить морщину. Это красивое немолодое лицо цварга я столько лет представляла себе перед сном и в бассейне, что уже внутренне считала его родным. Ведь именно воспоминания о Даррене в лифтёрной «Безымянного» волшебным образом превратились в ключик от детских воспоминаний, когда я делала о Космофлоте доклады в школе, а в них уже в свою очередь просачивались лица мамы, папы и сестры.
Это было сложно описать словами, но с того самого момента, как мы увиделись в «новой» жизни, адмирал стал для меня и путеводной звездой, согревающей в холодные ночи, и надеждой на светлое будущее, и кем-то, кого моё подсознание глубоко и прочно считало «своим». Мне казалось, что я знаю Даррена всю жизнь, а точнее даже две жизни – Дженнифер Ретклифф и Джерри Клифф.
Умом понимала, что это крайне глупо, наивно и даже смешно, ведь сам Даррен вряд ли помнил ту мимолётную встречу с маленькой девочкой у лифтов, но поделать с собой ничего не могла.
Я подняла руку, чтобы разгладить морщину на высоком лбу, и тут же её отдёрнула, сообразив, что чуть себе не позволила. Тут же отошла на пару шагов, нервно заправляя выбившуюся прядь за ухо. К счастью, мужчина с таким вниманием просматривал информацию на планшете, что не обратил внимания на мои странности.
– Я думаю, Тайлер планировал эти осмотры заранее и специально оплачивал их наличными, чтобы вам не приходили уведомления от клиники.
Адмирал несколько минут листал список приёмов. Результатом каждого посещения значилось «здоров». Я успела посмотреть всё, пока сидела в шкафу.
– Я не понимаю, что в этом особенного, – наконец ответил Даррен, возвращая мне планшет. Подпись на счёте с предстоящей операцией он поставил, даже не заинтересовавшись суммой.
