– Нет, больше ничего не пугает, – ответила, понимая, что уже действительно примеряю на себя шкуру агента сигма-класса. – А кто обычно выкупает себе таких спецов? И для чего?
Элизабет пожала плечами.
– Да все по-разному, а выкупают те, у кого есть на это кредиты. Мужчины-пикси – самые частые клиенты Особого Отдела, они, как правило, делают упор на боевых и коммуникационных навыках специалиста. – Я хмыкнула. Да уж, на Пикси царит весьма жёсткий матриархат, неудивительно, что они набирают себе сигма-агентов.
– Иногда обращаются миттары. Это весьма мирная раса, но на их планете постоянные проблемы с извержением подводных вулканов, которые приносят за собой огромные свеллы и цунами. Там своя специфика, сигма-агенты в основном охраняют владельца контракта от буйства стихии. Совсем редкими клиентами являются цварги.
– Цварги? – Я напрягла память, пытаясь вспомнить хоть что-то об этой расе. Среди туристов на Танорге я ни разу не видела.
– Весьма малочисленная раса, на десять мальчиков которой рождается две, от силы три девочки.
Обычно цваргиням запрещается покидать родную планету, пока они не выйдут замуж, да и при таком раскладе им нужно разрешение от самого Аппарата Управления Цваргом. Но это всё не так важно как то, что мужчины их расы обладают чувствительными к мозговым колебаниям наростами на голове. Здесь, на «Безымянном», есть несколько цваргов среди агентов, ты их сразу узнаешь по тёмно-фиолетовой коже и обсидиановым рогам. Представители этой в чём-то уникальной расы утверждают, что эмоции других гуманоидов для них пахнут, как для нас пахнет еда.
Именно поэтому цварги очень не любят нанимать сигма-агентов – всё время морщатся и кривят носы, мол им «невкусно пахнет». Одно дело разово пообщаться с кем-то, ну или с некоторой периодичностью видеть гуманоида, а другое дело, когда он непрерывно находится рядом. Это разные вещи.
Я вздохнула. Понятно, значит, скорее всего, меня пристроят либо к шестирукому мужчине для охраны от прекрасных представительниц его же расы, либо к миттару.
В последнем случае надо будет заранее научиться надолго задерживать дыхание и быстро плавать.
Элизабет, удостоверившись, что у меня больше нет вопросов, направилась к выходу, попутно набирая что-то на дисплее управления каютой. Табурет исчез за вертикальной панелью стены так же быстро, как и появился.
– А почему я, кстати, не понимаю этого языка? – очнулась я в тот момент, когда дверь-слайдер отъехала в сторону.
