Агент силовой разведки

Он более внимательно разглядел камин и по золе определил, что в очаге сгорели какие-то бумаги.

Левая рука Директора лежала на предсмертной записке. Конечно, был уверен министр, капитан Линьков пробежал ее глазами. Возможно, передал содержание вице-адмиралу Сергееву, получил от него указания.

Путь к «Восточному фонду» был короток, но далеко не прост. И только сейчас, стоя над трупом Директора, Болотин отбросил последние сомнения: фонд, о котором ему рассказывал Мартьянов и о котором он так часто думал, существовал на самом деле.

Ему оставалось только дотянуться до него рукой, сделать один шаг.

Он открыл дверь кабинета. Генерал-майор Щеглов и полковник Егоров только что прибыли, и Болотин подозвал полковника.

– Мартьянов с тобой?

– Так точно. Сидит в моей машине.

Вадима Мартьянова министр встречал взглядом: «Полюбуйся на дело рук своих». Предатель не был жалок в его глазах. Даже предательство – это поступок. Мартьянов не был безволен, его не сломила смерть того, кому он служил на протяжении ряда лет.

Он шел к цели, и его измена была оправданной. Более того, Болотин видел в нем делового партнера.

– Повтори при свидетеле: где хранится «Восточный фонд»?

Вадим Мартьянов ответил ему схожей усмешкой.

Болотин снова потревожил Егорова:

– Личный архив Директора перевезли в профильный отдел военной контрразведки. Где находится архив, об этом тебе скажет капитан Линьков.

Геннадий Егоров не удержался от вопроса:

– Что в предсмертной записке?

– Всего два слова: «Честь имею!»

Как ни странно, ответ на этот вопрос Виктор Лугано нашел в газете «Красная звезда».

В одной заметке говорилось о снятии с должности замначальника Генштаба и начальника ГРУ, другая представляла собой некролог.

С той минуты Виктор Лугано остался без хозяина, без поддержки. В первую очередь ему предстояло решить важный вопрос: под каким именем жить дальше. У него остался комплект (внутренний и заграничный паспорта, водительское удостоверение, трудовая книжка) на имя Лугано. Второй комплект – на имя Бурова Григория Петровича, с открытой (проштемпелеванной) страницей в трудовой книжке.

У него не было оснований усомниться в подлинности этих документов, но вдруг в том же паспорте на имя Бурова вкралась ошибка?.. Он оставил себе прежнее имя и соответственно старые документы. Для тех, кто пытался убрать его, он был мертв. Никто не станет отслеживать через структуры МВД, ГУВД, ОВД человека по имени Виктор Лугано.

– Сколько раз ты был в Тунисе?

Вадим Мартьянов пожал плечами.