— Выходит, грабители покинули магазин через заднюю дверь?
— Выходит, так, — развел руками Иван. — Пока это единственные свидетельства на данный момент. Да вот еще знаем, каким образом им удалось проникнуть в сейфы.
— Федор Михайлович, — подал вдруг голос следователь, — мы выяснили, почему сторож открыл дверь грабителям.
Вавилов и Тартищев мгновенно повернулись к нему и одновременно спросили:
— Почему?
— В дверь позвонил человек в форменном сюртуке, который виднелся из-под дождевика, и показал через окно карточку агента сыскной полиции.
Сторож утверждает, что при этом он назвал свою фамилию:
«Андреев».
И Вавилов почувствовал, как его сердце ухнуло в пятки, потому что именно под этой фамилией он выходил на задания, прежде чем карточка исчезла из его кармана во время не слишком веселых событий в цирке.
Глава 20
— Знаешь, Иван, так хочется иногда бросить все к чертовой матери! — неожиданно тоскливо проговорил Тартищев и предложил:
— Давай водки выпьем, что ли?
Вавилов лишь молча кивнул головой и с облегчением посмотрел на начальника.
Если опять называет по имени, значит, по-прежнему полагается на него. Значит, еще послужит в полиции агент Вавилов! Иван вздохнул и вытер выступивший на лбу пот. Он и не подозревал, каково это — получить помилование, стоя на помосте под виселицей.
Уже битый час они с Тартищевым сидели в его кабинете на Тобольской улице, в здании управления полиции, пили жидкий чай с черствыми бубликами, завалявшимися в глубинах стола, и пытались свести воедино обстоятельства ограбления ювелирного магазина.
Но умные мысли, очевидно, роились в менее усталых головах, поэтому версии никак не выстраивались, а безуспешные попытки слепить вместе отдельные свидетельства очевидцев вылились в ту самую фразу Тартищева, которую Вавилов с готовностью одобрил. Ему и самому хотелось проделать нечто подобное, но сдерживало присутствие строгого начальства…"
"Против его ожиданий Тартищев всего только и сделал, что яростно выругался, когда услышал про карточку, но дальше повел себя как обычно: расспросил сторожа о приметах того человека, который представился Андреевым, и о том, который вошел следом, — крупном человеке с саквояжем в руках.
Оказывается, все они были в парусиновых плащах с низко надвинутыми на лица капюшонами. На улице поливал дождь. И сторож лучше всего запомнил не приметы преступников, а то, что они изрядно затоптали пол и он испугался, что назавтра ему попадет от хозяина.
