Агент таурель-класса

Кого? Чего? Ах да, счёт…

– Сорок восемь, – ляпаю от балды, а ларк усмехается в ответ.

Подумать не могла, что этот огромный мужчина может быть таким нежным в постели. Хотя в какой, собственно, постели, если мы даже до дивана не дошли?

Словно читая мои мысли, Арх-хан вновь усмехается. Это кривая ухмылка действует гипнотически. Огромные сильные руки опрокидывают меня на что-то мягкое, укладывают, чтобы было удобно, и вновь бесстыдный рот начитает вытворять такое, что мне только и остаётся выдохнуть:

– Шестьдесят шесть, шестьдесят семь…

Когда пружина внутри сжимается так сильно, что терпеть уже нет сил:

– Скажи мне, Лейла, скажи «да»!

Наглый жадный язык продолжает меня бессердечно мучить, но я чувствую, что этого мало, хочу большего, хочу ещё чуть-чуть…

– Лейла, скажи! – рычит Арх-хан.

Вибрации рыка передаются по нервным окончаниям, беспощадно бьют по сосредоточению удовольствия, и я чувствую себя музыкальным инструментом в его руках.

Вселенная, да-да-да и миллион раз «да»! Он добавляет пальцы, и я теряюсь в омуте невыносимо-фантастически-запредельного наслаждения.

Сколько женщин мне говорили «да», но я никогда в жизни не чувствовал такого торжества, когда это короткое слово сорвалось с губ Лейлы. Ну наконец-то! Сколько можно строить из себя правильную девочку и воротить нос от того, что естественно?

Она лежала передо мной совершенно обнажённая, чёрные волосы рассыпались по плечам, но никогда я ещё не видел её настолько красивой. Даже тогда, в водопаде.

Потому что сейчас она была передо мной настоящая. Исчезла это шелуха напускной правильности и вечный испуг, будто я предлагаю ей что-то плохое. Исчезло то, что раньше меня останавливало словно бетонная стена. Её небольшая мягкая грудь высоко поднималась, тело блестело от пота, синие глаза потемнели и стали практически чёрными, как бескрайний глубокий космос.

Такая далёкая. Такая близкая. Такая вкусная…

Ларчанки пахли не так. По-разному, но не так. Отец рассказывал, что самое совершенное среди всех рас обоняние нам дано, чтобы найти ту единственную, с которой захочется пойти на поклон к Духам Предков.

Я тогда посмеялся и сказал, что никогда не стану себя ограничивать запахом одной женщины, ведь это же противоестественно. Зачем? Ведь Духи Предков организуют хайду, а значит, они за то, чтобы у меня было множество ларчанок. Сейчас же… я дышал Лейлой, пробовал её кожу на вкус и думал, что нет ничего совершеннее этого вкуса и запаха.