Агентство «Острый нюх». По следам преступлений

И в первую очередь в личных отношениях.

Женька поднял голову и увидел меня с Рэмом, и его улыбка застыла как резиновая, а радость в глазах потухла.

Глава 2

И все-таки я попыталась исправить ситуацию: теперь уж точно придется рассказывать Лису, что случилось на выезде и как это связано с Рэмом.

– Привет, уже вернулся? – Я шагнула к Женьке и храбро улыбнулась. – А чего не позвонил?"

"– Наверное, потому, что чувствовал, что не надо, – глухо отозвался он, окинул меня нечитаемым взглядом и, небрежно опустив букет, как веник какой-то, прошел мимо, к офису.

 – Приятно посидеть! – бросил Женька, не оборачиваясь.

Хорошо цветы не швырнул в лицо. Мне стало обидно: снова, не разобравшись в ситуации, обвинил с ходу меня во всех грехах, приписав то, чего нет на самом деле. По-моему, этим обычно страдают женщины, сами придумывают и сами обижаются, но почему-то сейчас из нас двоих глупо вел себя именно Женька. А все из-за его нелепой ревности, хотя я никогда ему поводов не давала, за все время наших отношений.

Неужели он настолько не уверен в себе, что и от меня ожидает предательства?

– Можем перенести, Ален, – негромко отозвался из-за спины Рэм, и я чуть не подскочила от неожиданности, слишком уйдя в размышления.

По-хорошему, сейчас бы догнать Женьку и разрешить недоразумение, но… Я поджала губы и мотнула головой.

– Нет, пойдем, – отрывисто произнесла, продолжив спускаться.

Про себя подумала, что если Рэм сейчас из джентльменских соображений начнет уговаривать меня все-таки вернуться и разобраться с моим ревнивым мужчиной, я его стукну, точно.

И не посмотрю, что начальник. Однако Рожнов благоразумно молчал, видимо, мое красноречивое сопение говорило лучше всяких слов. Нет, в самом деле, почему я должна оправдываться перед Соколинским, будто сделала что-то нехорошее? Не на свидание же иду. И вообще, где сказано, что я теперь не имею права вообще общаться ни с какими другими мужчинами? Что за шовинизм? Вот сам же виноват, что ведет себя по-дурацки, а обижается на меня.

Мы вышли на улицу, так же молча дошли до улицы Белинского и засели там в небольшом уютном грузинском кафе. Я отодвинула нерадостные мысли о своей так резко начавшей рушиться личной жизни и сосредоточилась на обеде. Сделав заказ, откинулась на спинку стула, посмотрела на задумчивого Рэма и задала первый вопрос:

– Почему я в рысь превратилась?

В голубых глазах Рэма мелькнуло неподдельное удивление, но он все же ответил:

– Потому что это твоя вторая ипостась.