Агентство «Острый нюх». По следам преступлений

"

"А еще желание потереться об его ладонь. Но не на глазах же у Женьки! Кстати, он стоял рядом и рассматривал меня с удивлением и восхищением, и сначала стало приятно, а потом я вспомнила, что собираюсь вечером с ним говорить, и на душе стало муторно. Так, отставить упаднические мысли. Раз решила, значит, решила. Будет лучше для всех. Я нехотя отошла от броши, уступив место Андрею – он у нас спец по таким вот опасным штучкам.

– И что тут у нас? – Некромант присел и с любопытством осмотрел украшение прищуренными глазами.

 – На крови работает, – уверенно заявил он и распахнул пальто, вытащив из ножен тонкий острый кинжал.

Он всегда с ним ходил, сколько помню, один из его рабочих инструментов.

– В смысле? – испуганно переспросила Лариса и отступила на шаг, сжав воротник пальто.

– В прямом, – невозмутимо ответил Андрей. – Его хозяин тот, чью кровь попробовала брошь. Сейчас это – Марина, энергетика четкая, я считал, пока мы у квартиры были. Вы позволите, Лариса? – Он вопросительно глянул на женщину. – Иначе ее не взять.

Не беспокойтесь. – Князев улыбнулся уголком губ. – Я умею работать с такими вещами.

– Конечно-конечно, – с облегчением закивала Лариса. – Вообще, давно пора от нее избавиться. – Она поморщилась.

Андрей кивнул, уколол палец кинжалом и выдавил красную каплю, а потом уронил на брошь – из черненого серебра, старинную, украшенную серым жемчугом. Кровь быстро впиталась, не оставив и следа, и Андрей взял ее, выпрямившись.

– Ну вот. – Он удовлетворенно усмехнулся. – А теперь можно и исследовать эту занятную вещицу.

Лариса, вы будете подавать на вашу сестру? – прямо спросил некромант, небрежно сунув брошь в карман. – Доказательства есть, и ваш разговор, и то, что украшение расскажет, в нем все следы смертей есть. Доказать, что жизненная сила убитых переходила к Марине, очень легко.

Лариса помолчала, на ее лице отразилась борьба. Я легла, положив морду на лапу и терпеливо дожидаясь, пока она что-нибудь решит. Женька подошел и присел, продолжая меня рассматривать, и я настороженно дернула ухом.

Почему-то не хотелось, чтобы он дотрагивался до меня, и опять от странных желаний кольнуло чувство вины. Видимо, рысь оказалась чувствительнее песца. Или приняла уже другого хозяина… Я покосилась на Рэма, стоявшего в сторонке и смотревшего сейчас на Ларису.

– Ален, можно тебя погладить? – тихо спросил Женька. – Ты такая классная рысь.

Я вздохнула и уняла раздражение, кивнув. Ладно уж, главное, чтобы на ручки не тащил и пузо чесать не вздумал.