Агентство «Ван Хельсинг»

***

— Ты уверена, что это там? — с сомнением поинтересовался Ланселот, сворачивая на грунтовую дорогу. — Там же частный сектор!

— И что в этом странного, не пойму, — пожала плечами чародейка. — Я точно уверена, что она там.

— Эх, бедная моя подвеска, — посетовал рыцарь и нажал на газ.

Ауди остановилась у милого двухэтажного дома, стоящего особняком от остального поселка. Во дворе было пусто и тихо, хотя в окнах горел свет. Ланселот заглушил мотор и поправил перевязи с мечами, Мира тяжело вздохнула и вылезла из машины.

— Ты иди через главный вход, а я сзади обойду, — сказала чародейка, вокруг ее пальцев заискрилась магия.

Рыцаря кивнул и легкой трусцой двинулся к дому, Мира же просто телепортировалась на задний двор. Через пару минут в доме послышались крики, топот ног и детский плач, а еще через минуту из задней двери выбежал молодой светловолосый парень с копытами вместо ног. Чародейка метнула в него парализующее заклинание и в один момент оказалась рядом, в дверях показался немного запыхавшийся Ланселот.

— У него там полный дом женщин и все пропавшие дети, — с круглыми от удивления глазами сообщил он. — Я пойду, разбераться с ними, а ты пока разберись с ним.

Волшебница кивнула, ослабила действие заклинания, фавн судорожно дернулся, но осознав бесплодность попыток к бегству, угомонился.

— Зачем тебе понадобились дети? И кто все эти женщины? — строго глядя на парня, спросила Мирослава.

— Эти женщины были несчастны, и я хотел сделать их счастливыми! — воскликнул Костя.

— Делая несчастными других женщин? — скептично заметила чародейка.

— Некоторые из них не могли иметь детей, и я их забирал у матерей, которым их дети были не нужны. Спросите у любого в этом доме, они были счастливы!

— Ну, конечно, если б меня загипнотизировали, и я бы была счастливой, — нахмурилась волшебница, в ее глазах все ярче разгорался бирюзовый огонь.

— Но я же никого не убил! Это не карается смертью! — взвизгнул фавн. — Я знаю свои права! Ты не посмеешь!

— А кто тебе сказал, что я собираюсь тебя убивать?

— Пусть отпустит детей и женщин, наложи на него печать и отпускай, — скомандовал в наушнике Шеф.

— Я не буду тебя убивать, — чародейка мягко улыбнулась, у фавна от этой улыбки вздыбилась шерсть на ногах. — Ты сейчас пойдешь, разгипнотизируешь этих женщин и больше никогда не позволишь себе подобного, — мерно роняя каждое слово, сказала Мира и сильно ударила Костю ладонью по лбу.

— Ай! — взвизгнул он.