Агнесса среди волков

Она выглядела не очень здоровой… А откуда тебе это известно?

— Да у него какие-то дела с «Пересветом» — ну знаешь, это фирма такая, у них контора тут на первом этаже — они еще задержали арендную плату, и их собираются выселять. Паршивая фирмочка, и деньги у них тоже какие-то подозрительные!

— Сам знаешь, еще один римский император говорил, что деньги не пахнут. Ты просто придираешься к Аркадию — все, с чем он связан, кажется тебе подозрительным.

— Он вроде бы наконец действительно занят делом: получает наследство.

Думаю, ему сейчас не до тебя, Пышка. Но теперь он жених с приданым и ты вполне можешь выйти за него замуж! — И тут он расхохотался.

— Вот назло тебе и выйду… — Но я не успела дать гневную отповедь братцу относительно того, чтобы он не смел лезть в мои личные дела и учить меня жить. Дверь кабинета неожиданно отворилась, и вошел Женя. Женя очень похож на большого, добродушного и слегка усатого медведя: у него, очевидно, было к Юрию какое-то дело, но он мне обрадовался, как если бы мы встретились у них дома, и его физиономия засветилась от удовольствия:

— Как хорошо, что мы можем наконец пообщаться без всяких банкиров и злокозненных француженок!

Я соскочила со стола — когда мы с Юрием одни в кабинете, я всегда сижу на этом столе, — подбежала к Жене и чмокнула его в щеку, пропев при этом:

— Давай соплом прижмемся к соплу!

Это строчки из его любимой физтеховской песни.

Из всех друзей Юры Женя наиболее стойко держался научной стези до той поры, пока в течение полугода сотрудникам не выдавали даже ту нищенскую зарплату, что им причиталась, и ему буквально не на что было кормить Катерину и младенца. Тогда он не выдержал и перешел в фирму к Юрию. Но до сих пор стесняется, что вынужден был стать предпринимателем, и представляется следующим образом:

— Вообще-то я старший научный сотрудник, но жизнь сложилась так, что мне пришлось стать заместителем генерального директора фирмы «Компик».

Господи, действительно, как хорошо нам втроем без всяких посторонних! И чтобы подольше побыть в устраивавшем нас всех обществе, мы отправились во вполне плебейскую закусочную на Пятницкой — приближалось время обеда.

В этот день я задержалась у Юрия в офисе. После обеда он торжественно вручил мне два конверта; один за проделанную работу — он оказался тоньше, чем я рассчитывала, но я обнаружила в нем зеленоватые бумажки с портретами американских президентов, что меня очень устроило, а второй с русскими деньгами на текущие расходы.