Цвет поджатых губ, блеск чёрных, таких живых глаз, линии гладко выбритого подбородка. Аид делает то же самое. Безумными глазами изучает моё лицо. След от удара на моей щеке. Его кадык дёргается. Он откидывает голову назад и шумно дышит через нос.
- Я… цела… - дрожащим голосом говорю ему, со всхлипом прижимаясь виском к его виску. - Цела… все хорошо...
Я не чувствую ничего, кроме него. И не слышу тоже.
Я всегда была сама по себе. Всегда была одна. В этом городе. В своих проблемах и бедах. Не хотела обременять родителей.
А больше у меня никого нет. Не было…
В том, как он дышит, как подрагивает его сильное большое тело, переполненное напряжением, в том, как он зарывается носом в мою шею… во всём этом я чувствую свою необходимость. Для него. Я чувствую, что Аид Джафаров… любит меня…
Я люблю его сильнее.
Не знаю почему. Просто люблю. Я люблю в нём всё.
Жалобный скулёж за его спиной заставляет вновь разжать веки.
- Ох… нет… - хрипло выдыхаю я, не в силах остановить слёзы, которые заливают моё лицо.
- Не смотри… - шепчет Аид, подхватывая меня на руки.
Прячу лицо на его плече и тихо плачу, не желая видеть того, как присевший на корточки Максут нежно проводит ладонью по печальной собачьей морде… Гера скулит, разрывая моё сердце. Неподвижная.
Теперь я понимаю, кто принял на себя тот первый выстрел...
Это всё из-за меня…
Из-за того, что я такая дура.
Самир лежит на животе, лицом в пол. Живой или нет. Я не знаю. И не хочу знать. Я больше никогда не хочу видеть его лицо.
Комнату заполняют мужчины в защитной одежде.
Их полно в коридоре и на лестнице.
Замечаю, что на Аиде бронежилет поверх чёрной футболки. Это как укол в сердце. Ведь он мог пострадать... Я бы умерла без него. И я не хочу без него жить.
Он быстро сбегает вниз, прижавшись губами к моему горящему лбу. Гера… господи, мне хочется кричать...
Бородатый головорез в балаклаве открывает нам дверь…"
"Ужас от происходящего тяжким грузом опускается на мои плечи. Вместе с нервной пульсацией в висках и ломотой во всем теле.
Освещённая фонарями улица искрит от снега.
Она... перекрыта. Вдоль тротуара в беспорядке разбросаны чёрные внедорожники. Снег рвано скрипит под ногами Аида. Свежий морозный воздух щекочет нос, но я не чувствую холода. Прикрыв ладонью его ухо, прижимаюсь губами к другому и шепчу сквозь слёзы:
- Прости меня…
Аид молчит, быстро и глубоко дыша.
Я не ждала, что он простит мне мою дурость.
Я знаю, что не простит... точно, не сегодня.
Этот день мог бы закончиться не так.
