Айрин, Эйнри и остальные. Книга 1

— В Космопорте была стрельба, при захвате кораблей убита заложница и… В общем, там не то чтобы гора трупов, но несколько убитых и тяжело раненных…

— Эйнри!

Эйн посмотрел на Дэйна, в упор, потом отвел глаза в сторону, шарнул кулаком по стене со всей дури, застонал от боли в запястьях и тихо сполз на пол, обняв колени и уткнувшись в них лицом.

— Лейхио считают погибшим. Тела не нашли, но Екки видел, как в него стреляли, и как тот упал. Пока он сквозь толпу к Лейю пробивался, того, похоже, загрузили в больничную аэрошку и увезли.

Стоя на лестничной площадке, все трое прокручивали у себя в голове воспоминания, связанные с Лейем и у каждого внутри стенало и кричало: ""Нет! Не верю! Не может быть!"".

Но тут, мимо, с радостным визгом и писком пролетел малек и сообщил, что во двор, на настоящей Космопортовской аэрошке привезли Лейхио, и понесли в медблок… Парни рванули вниз, перепрыгивая через две-три ступеньки, Вил последний пролет просто съехал по перилам, у нужной двери они остановились, глубоко вдохнули, и гуськом вошли в помещение.

Лейхио был в сознании, но бледный как полотно, и вся грудь у него была забинтована. А выражение лица сидящего рядом лекаря было не слишком довольным.

— Как он?

— Он вполне в норме, — негромко произнес Лей."

"— На самом деле, вместо триумфального возвращения со скандалом домой, я бы порекомендовал несколько дней провести в больнице, под присмотром более квалифицированных специалистов, чем я, — не согласился с этим утверждением лекарь.

Лейхио скосил выразительный взгляд на бинты Эйна:

— Ты тоже не скучал, похоже?

Эйнри кивнул, обернулся на хмурого Дэйниша, и виновато опустил голову. Потом оживился:

— Сегодня жена высказала замечание, что использование муки для гримма мне не идет, глядя на тебя, не могу с ней не согласиться.

— Ты мне зубы не заговаривай, красавчик наш на два гарема несравненный, я в зоне боевых действий был, а тебя где носило?

— Он Тийку спасал! — раздуваясь от гордости проговорил Вилайди, как будто не он, буквально полчаса назад, обзывал, как раз именно за это, своего Верхнего кретином и гадом.

— Екки сказал, что есть погибшие, и среди них…

— Эти дуры, прости меня Матерь, стреляли на поражение, чтобы запугать по максимуму.