С одной стороны, я была счастлива, дико рада тому, что мои полуночные фантазии осуществились. С другой стороны, я чувствовала пустоту внутри, как будто мне показали яркую картину будущего с замечательными возможностями, но в последнюю секунду оно ускользнуло от моей хватки.
Возможно, это была случайность в общем и целом. Жизнь между каменными стенами и за железными решетками не отняла у меня романтичного настроя. Множество всего было в моих снах, но нигде там не указывалось, что меня прижмут к холодной стене душа, причем Айс будет полностью одета.
Раньше, конечно.
Но я знала, что Айс было тоже хорошо. Это чувствовалось в ее поцелуях, в том как она дышала и двигалась. В стуке ее сердца рядом с моей грудью.
И она была очень нежной. Невероятно нежной. Особенно, когда потом укачивала меня в объятиях.
Почему же потом, когда я обрела силы, чтобы стоять самостоятельно, она ушла? Что она думала в этот момент? Я была очередной жертвой? В длинном-длинном ряду других? О ее неуемном сексуальном аппетите ходило столько же слухов, как и о ее боевых качествах.
Похоже, каждый мог рассказать какую-нибудь историю. И если хотя бы четверть историй была правдой, то она дважды переспала со всем Болотом. И это было еще в первое ее посещение тюрьмы.
Разумеется, у меня хватало мозгов, чтобы понимать, что большинство слухов было пустой болтовней досужих сплетников с манией величия. Но также я знала, что не бывает дыма без огня. И если бы мне захотелось докопаться до правды, думаю, я бы быстро стала спецом в отделении зерен от плевел.
Все эти мысли угнетали меня, лежали мертвым грузом, как мир на плечах Атласа. Я скользнула под одеяло в холодную постель. Мои мысли крутились в голове, не давая покоя, и думаю, я долго лежала без сна той ночью.
***
Утро не принесло ничего нового, и я уступила требованиям пустого желудка, направившись в столовую. Я пришла раньше обычного, и поэтому очень удивилась, увидев, что помещение буквально забито заключенными.
Наверное, мне показалось, но шум начал возрастать, пока я шла к стойке занять очередь. Получив тарелку с безвкусной едой и чашку ненормально крепкого кофе, я оглянулась в поисках знакомых лиц, но безуспешно. Я подошла к одному из пустующих угловых столиков, чтобы ""насладиться"" завтраком в мирном одиночестве.
Как только мои уши наконец привыкли к гвалту, и я начала различать обрывки разговоров, каша превратилась в твердый шар в моем желудке.
