Академический дефектив

Позади послышались гулкие шаги, от которых мое сердце замерло, словно меня только что поймали с поличным на месте страшного преступления, и бежать мне некуда.

На мои плечи легли тяжелые руки в кожаных перчатках. Шелест чужой одежды заставил меня едва слышно выдохнуть. Каскад волос лег на мою шею, а тихий, спокойный, равнодушный голос произнес: «Вижу, что все забрали своих драгоценных? Я тоже забираю!». Мурашками по коже прокатилось каждое слово, а тишина, внезапно воцарившаяся в аудитории, меня настораживала.

На кожаной перчатке были видны следы крови, а я едва заметно повернулась, видя приоткрытую дверь аудитории. Не помню этот алый узор на стенах.

Я сидела на стульчике в кабинете министра, а поверх стола высилось нагромождение папок, от которых хотелось уйти в отпуск грехов раньше положенного срока. «Великий магический источник помнит каждое заклинание, которое вы произнесли, и знает, для каких целей вы его использовали.

И однажды вам это воздастся! Покайтесь, пока не поздно, ибо наступит конец магии! Судимы будете по заклинаниям и умыслам своим!», — кричал голос в моей голове, а я усиленно отмахивалась от назойливого проповедника, облюбовавшего на долгие годы пятачок возле моих окон для своей скромной миссионерской деятельности. «Магический источник принимает любые дары! Все, что бы вы не дали, и есть дар!», — кивал проповедник, принимая пожертвования. Странно, деньги он принимал, а кирпич, летящий в его сторону, даром почему-то не считался. У меня отличные соседи, если что.

— Итак, — произнес голос министра, которого я до сих пор не знала, как зовут. Ради приличия я глазами поискала подсказку в кабинете, но тут же увидела, как мне подсунули папку.

— Садись ближе. Я не кусаюсь, — послышался спокойный голос, который вызывал у меня смешанные чувства. Я открыла невзрачную папку, ожидая увидеть еще один оплот образования или очередную школу жизни, но вместо этого увидела свой портрет.

— Вижу, ты любитель неприятностей, — едва заметно усмехнулся министр, пока я читала первую страницу.

— Обижаете! Я — не любитель, — отозвалась я, читая материалы уголовного дела, заведенного на мою скромную персону. — Я — профессионал!

Впервые на губах министра дрогнула улыбка, которая тут же померкла.