Академия для Сапфира

Грайан тоже поднялся, вырос преградой у меня на пути. Вроде бы ничего не делал и взирал с обволакивающей нежностью, но по спине пробежал холодок. И я невольно отступила.

— Этта, — он поймал мою руку, погладил и сжал, — тебе больше не нужно работать.

— Спорное утверждение, — заметила сдержанно и огромным усилием заставила себя не выдернуть руку из его хватки. — Папиного жалования в конторе кое-как хватит на жизнь, но мне нравится, когда мама улыбается, а ей для этого нужно немного свободы и приятных мелочей. Наследство я еще не получила.

К тому же, я не могу бросить Армана до конца учебного года, это подло после всего, что он для нас сделал. И у нас подписан договор.

— Там надо заплатить штраф, если тебе вдруг захочется послать все во мрак?

Взгляд брата мне совсем не понравился. Как будто у Грайана в голове в этот самый момент сформировался какой-то план.

— Я дам деньги. — И когда я дернулась, он меня удержал. — Нет, послушай! Дедовская магия теперь у меня. А перед тем, как уйти на рынок, мать сказала, что пришли бумаги на наследство.

Там не надо ждать. Как только проявится сила, все мое. Да, драгоценные не обрадуются, но теперь я безопасен, я докажу это. Уверен, маг, способный в перспективе делать нужные им кулоны, каменным нужнее, чем моя смерть.

Звучало немного безумно, но… вполне реально, пожалуй. При определенной доле везения. А свое везение годами страданий Грайан заслужил.

— Потом я заплачу Сапфиру, заберу тебя, и мы наконец сможем зажить нормально, — закончил Грайан. — Клянусь, я научусь делать эти проклятые кулоны!

Шагнуть из одной тьмы в другую.

Похоже, об этом я видела сон.

Медленно выдохнула и высвободила руку.

— За хорошее отношение не платят деньгами. Я пойду.

— Он тебе нравится, да? — Меня не просто не выпустили, а схватили за плечи и хорошенько встряхнули. — Нравится?

— Забыла, что я пережил из-за древней силы? — прорычал брат мне в лицо и еще раз встряхнул. — Еще как мое!

— Может, и нравится. — Я просто устала это скрывать. — Но мы не наделаем глупостей.

— Подозреваю, наши родители тоже верили в это.

Абсолютно обычные зеленые глаза горели эмоциями, прожигали насквозь, испепеляли. В отличие от меня, сдерживаться Грайан не привык и даже не делал попыток. Кто ему вообще дал право вмешиваться в мою жизнь?! Опасливый холодок сменила жаром поднимающаяся ярость.

Но за мгновение до того, как я сказала какую-нибудь гадость, в кухню вошла Найюла.

— Что это вы тут делаете? — Служанка смерила нас подозрительным взглядом.