Академия космического флота. Аромат эмоций

Док ёрзал на кресле, боясь спросить, можно ли ему идти, но и идти не решался. Адмирал выглядел по-настоящему расстроенным, закрыл ладонями лицо и замер, чуть сгорбившись. Тишина в кабинете адмирала Леру затягивалась.

– Юль, так я могу слетать на Зоннен? – очень тихо спросил Киар.

– Делай что хочешь. А теперь прошу, уйди. У меня от тебя голова болит.

Дориан Бланк и Киар Леру переглянулись и молча вышли из кабинета адмирала. Уж за дверьми Киар обратился к доку:

– Дориан, а ты мог бы проверить кровь кадета Радонежского, не вызывая у него никаких подозрений?

Док почесал подбородок своими перепончатыми пальцами, как всегда делал, когда глубоко задумывался.

– Думаю, смогу, но мне нужно на это время, хотя бы неделя или две. Плановый медосмотр лишь в конце года, но я что-нибудь придумаю. В конце концов, недавно у него было сотрясение мозга. На что ты хочешь проверить его?

– Пока не знаю, давай пока просто общий анализ.

– Простите, я могу идти?

Я смотрел на кадета Радонежского и понимал, что хочу его придушить.

Из-за него потратил почти пять дней впустую, гоняясь за миражом.

Когда прилетел на Зоннен, то первым делом разыскал среди персонала девушку, которая узнала кадета Радонежского по голографии. Ею оказалась прелестная молодая пикси. Мне даже не пришлось её приглашать на свидание и изображать заинтересованность, чтобы узнать всё о Станиславе. Пикси испытала острое чувство обиды и горечи, как только увидела голографию мальчишки.

Было заметно, что он ей сразу понравился. Парень же грубо её отшил, сказав, что приехал якобы по работе и на короткий срок. «Кто ж приезжает на Зоннен работать?» – произнесла сотрудница ресепшн с таким видом, что у меня не осталось сомнений, какая работа популярна на курортной планете. Как оказалось, Станислав остановился в «Изумрудной Лагуне» всего на одну ночь, которую оплатил заранее. Номер, кстати, выбрал не из дешёвых, как и сам отель – три тысячи кредитов, шутка ли? Я вначале опешил, когда услышал сумму, но потом вспомнил, что это Зоннен, экватор.

Станислав Радонежский сделал всё именно так, как я поручил бы сделать своей любовнице, если бы не хотел, чтобы кто-то узнал о наших отношениях. Он прилетел на личном истребителе Игнара Радосского, запарковал его на улице, а не на платформе отеля, чтобы лишний раз не светить номер. О том, кому принадлежит дорогостоящий «Тигр», я узнал уже от службы уборки улиц.