Академия космического флота. Аромат эмоций

Еле-еле успела дойти до бокса «1051», прежде чем дала бурлившем внутри себя чувствам выплеснуться наружу.

– Анчоус, ты что за цирк устроил в мастерской? И что за протокол «Цербер», о котором я слышу впервые? Тебя кто надоумил?!

– Прошу прощения, Стас, изъясняйтесь чётче. Я не видел зверей в том помещении, не понимаю, о каком цирке идёт речь.

Вот ведь зараза! Умеет прикинуться глупой консервной банкой, когда ему это выгодно.

– То, как ты говорил с капитаном Теонорой. Это ненормально для тебя. Поясни своё поведение.

– Это относится к протоколу «Цербер». Вести себя максимально вежливо и делать комплименты всем представительницам пикси.

– Что? – опешила я. – Я могу попросить тебя больше не пороть всякую чушь в присутствии капитана Теоноры?

– Нет. Это поведение относится к протоколу защиты хозяина. Не удаляется.

– Хм… любопытно… и кто установил тебе этот протокол?

– Информация секретна.

Секретна, понятно. Но я буду не я, если всё не выясню досконально. Надо спросить по-другому.

– Анчоус, это заводская настройка? Если я тебя сброшу до заводских настроек, этот протокол сотрётся?

Робот колебался какое-то время, не зная, что ответить. Он, как искусственный интеллект, чувствовал подвох в моём вопросе, но не мог понять, в чём он состоит.

– Если сбросите до заводских настроек, то протокол сотрётся.

Теперь становилось очевидным, что протокол «Цербер» дописывал отец или его подчинённые. Вот только зачем? Неужели предвидел, что мне может понадобиться защитник? Да нет, глупо выходит.

Хитрый манёвр, позволяющий обойти глубоко зашитое золотое правило всей робототехники, и витиеватое общение с пикси лежат в одном и том же протоколе. Похоже, отец сам на коленке дописывал программу Анчоуса, чтобы воспользоваться роботом в своих целях. В каких? В голове сразу всплыло воспоминание, как Игнар Радосский собрался на переговоры в южное полушарие Захрана и заодно захватил моего киберняня, якобы в гарантийный ремонт, потому что у того заклинило одно из щупалец.

– Анчоус, а знаешь родной язык пикси?

– Ты работал переводчиком на встречах с пикси для моего отца?

– Я не имею права сообщать информацию, которая касается Игнара Радосского.

Сам того не осознавая, Анчоус выдал мне всю информацию. Отцу требовалось взаимодействовать с пикси и, похоже, он был о них мнения не лучше, чем мой приятель Дик. Вот вся картина и сходится. Удивительно, однако, насколько, оказывается, я ничего не знаю о своём отце.