Академия космического флота. Аромат эмоций

Слишком маловероятно, чтобы у Юлиана была интрижка с шестирукой красоткой. Кто же это? Перебрав все варианты, которые могли бы быть чисто теоретически, Киар Леру понял, что ни один не подходит и вновь рассердился на себя.

Не цварга, не ларка, не пикси и не таноржка… хм… Кто же эта загадочная девушка, что растопила сердце сурового адмирала? Киар вновь сомкнул веки и попытался вспомнить мельчайшие детали в обстановке бокса. Вот он привычно открывает дверь в бокс брата, его данные добавлены в память биосканера, и с порога начинает возмущаться просьбой брата относительно кадета Радонежского.

Затем перед глазами возникает Юлиан, одетый лишь в одни домашние штаны, а правее него разворошённая кровать, чей-то лёгкий не то испуг, не то досада и тонкие женские ножки. И привкус эмоций такой знакомый… м-м-м… точно знакомый, вот только чей? Он стоит слишком далеко, чтобы почувствовать их полностью. Похоже, всё же какая-то их общая знакомая кадетка. А левее кресло, на котором лежит аккуратно свёрнутый комбинезон и подозрительно знакомый робот.

Осознание, кто та самая незнакомка в постели брата, прошибло, словно мощнейший взрыв сверхновой. Синий комбинезон с золотой звездочкой, алюминиевый робот с искусственным интеллектом, что периодически посещал лекции вместо кадета Радонежского, узкие стопы и тонкие, но сильные икры, еле слышимый аромат пряностей… Киар Леру мгновенно покрылся потом, его замутило, собственная форма стала сильно сдавливать горло, стало тяжело дышать.

Если бы не стул позади, то цварг рухнул бы прямо на пол. Подрагивающими пальцами командор вызвал цифровой помощник.

– Чем могу помочь, командор?

– Проверь по видеокамерам, во сколько возвращался в свой бокс кадет Радонежский.

Сильно побледневший Киар Леру сжал кулаки до такой степени, что даже не заметил, как ногтевые пластины впились в кожу, и на пол упало несколько капель алой крови.

– Кадет Станислав Радонежский вчера поздно вечером покинул свой бокс и вернулся только несколько минут назад.

В следующую секунду добротный тяжёлый стул, на котором сидел цварг, разбился о стену бокса из пентасплава конструкционного текстолита в мельчайшие щепки.

До нашего с Натаном бокса я бежала с такой скоростью, что у меня даже дыхание сбилось. Мне постоянно казалось, что вот-вот Киар Леру всё поймёт и явится по мою душу, чтобы вдоволь поиздеваться и выгнать из Академии с концами, обвинив в неподобающей связи со старшим по званию.