Академия космического флота. Аромат эмоций

Всё, что мог сделать командор в данном случае, это напустить на себя максимально безразличный вид и сухо произнести:

– Да, конечно, я всё понимаю. Я сделал это, чтобы вернуть Вас, кадет Радосская, в нормальное состояние. Вы ни на что не реагировали. Предлагаю больше не возвращаться к этой теме.

Эти слова рвали душу и были откровенным враньём самому себе. Да, он пытался раскачать её эмоции и вернуть к жизни, но это лишь часть правды, причём меньшая. Он продолжал её хотеть даже сейчас, когда она испытывала к нему явную неприязнь.

Анестэйша попросила вызвать брата и чуть успокоилась, когда командор передал ей браслет коммуникатора.

– Юлиан, слышите, срочно соберите всех роботов… – бодро заговорила девушка, быстро забыв о том, что было на борту «Тигра» несколько минут назад.

Шварх, она назвала его «Юлианом». Не «адмиралом», не «адмиралом Леру», а просто «Юлианом», испытав при этом земляничную радость и освежающее облегчение! И Киар впервые за много лет позавидовал своему старшему брату, которого всю жизнь называл «старым занудой».

О случившемся в «Тигре» мы с командором Киаром Леру не говорили, четыре дня пути до главной станции Академии прошли практически порознь – один спал, а второй пилотировал или наоборот. Тогда, когда мы оба оказывались в рубке, наступало тягостное молчание. Первое время я чувствовала острый стыд и омерзение к самой себе, потому что разрешила себе зайти так далеко с почти что женатым мужчиной, куратором моего направления и старшим офицером Космического Флота.

А самое главное я, всегда считающая, что заниматься интимом надо по любви и потому оставшаяся девственницей к своим двадцати годам, чуть было не перешагнула через свои убеждения и принципы из-за минутной слабости. Осадок разочарования и брезгливости из-за того, что я так легко поддалась физическим желаниям, не покидал меня несколько дней.

Но всё время полёта Киар Леру вёл себя, как каменная скала, на его лице не отражалось ни единой эмоции, и уже к концу нашего путешествия, я смогла себя убедить, что цварг пошёл на то, что произошло, исключительно, чтобы вернуть меня к нормальному состоянию.

К тому же, фактически, ничего непоправимого так и не произошло. Я выдохнула, осознав этот факт, и просто запретила себе думать о командоре, как о мужчине. Он – мой куратор, преподаватель тактики и стратегии ведения боя, а также старший офицер, отправленный Космическим Флотом на возвращение кадета в стены Академии.