Академия. Начало

Наше царство – от мира сего, от этой Галактики, и так было всегда. Если у тебя есть своя религия…

Селдон почувствовал, что влип. Вот уж чего он никак не ожидал!

– Не сказал бы, что это так… – промямлил он. – Видишь ли, я математик, и мое царство – тоже от мира сего и от этой Галактики. Просто, понимаешь, у вас такие странные обычаи, вот я и подумал, что ваше царство…

– Не думай, варвар. Если у нас странные обычаи, то это потому, что нас мало. Нас миллионы, а вокруг нас миллиарды миллионов. По миллиарду вас на каждого из нас.

Должны же мы как-то выделиться, чтобы не затеряться. Нас отличает отсутствие волос, одежда, поведение, образ жизни. Мы обязаны помнить, кто мы такие, и должны быть уверены, что вы, варвары, помните, кто мы такие. Мы трудимся на наших фермах, чтобы вы ценили нас, высоко ценили. Покуда вы будете ценить нас, вы нас не тронете. Вот и все, чего мы от вас хотим, – чтобы вы нас не трогали, не мешали.

– Я вовсе не хотел причинить вреда ни тебе, ни твоему народу. Я просто ищу знаний. Ищу здесь, как искал бы в любом другом месте.

– И поэтому выказываешь презрение к моему народу, обвиняя нас в том, что у нас есть религия, предлагая нам положиться на какой-то мистический, несуществующий дух, в который мы никогда не верили, чтобы этот дух что-то сделал за нас?

– Но есть масса миров, где люди верят в сверхъестественные силы в той или иной форме, и там это называется религией. В чем-то мы можем быть с ними не согласны, но ведь мы в своем неверии также можем ошибаться, как они – в своей вере.

Во всяком случае, ничего дурного я в вере не вижу, и мой вопрос не нес в себе ничего оскорбительного.

Однако, судя по всему, ему не удалось разубедить разгневанную Капельку.

– Религия! – фыркнула она. – Она нам ни к чему!

Селдон окончательно пал духом. Вся эта экскурсия, все его ухищрения – все прахом, все насмарку.

Селдон тут же воспрял и радостно улыбнулся.

Капелька Сорок Третья смотрела на Селдона широко раскрытыми глазами. Грудь ее тяжело вздымалась.

– Я не могу больше тут оставаться.

Селдон огляделся по сторонам.

– Но тут никого нет. Даже тот Брат, что угостил нас драже, нам ни слова не сказал. Похоже, он нас принял за самую обычную парочку.

– Это потому, что там было темно, и, когда ты говоришь тихо, не так слышен твой варварский акцент, и я вела себя спокойно. Но теперь… – хрипло проговорила она.

– Я нервничаю. Я задыхаюсь.

– Но кто это заметит? Успокойся, расслабься.

– Здесь я не могу успокоиться. Не могу, здесь меня могут увидеть.