Академия. Начало

Вот что я тебе скажу: я хочу вернуться на Геликон и заняться изучением математических принципов турбуленции, темой своей диссертации на соискание докторской степени, и клянусь, я никогда в жизни не вспомню и даже не подумаю, что турбуленция имеет хоть какое-то отношение к жизни человеческого общества.

Однако в этот же вечер он спросил у Тисальвера:

– Скажите, пожалуйста, господин Тисальвер, если не секрет, чем вы занимаетесь? Что у вас за работа?

– У меня? – удивленно переспросил Тисальвер, прижав руку к груди, прикрытой, надо сказать, исключительно тоненькой футболкой – так одевались все мужчины в Дале.

 – Да ничего такого особенного. Я работаю программистом на местной головизионной станции. Скучноватая работенка, но на жизнь хватает.

– Работа очень уважаемая, – вступилась госпожа Тисальвер. – По крайней мере, ему не приходится вкалывать на термарии.

– Как вы сказали? На термарии? – не скрывая изумления, переспросила Дорс.

– Ну, это наша главная достопримечательность, – улыбнулся Тисальвер.

 – Ничего особенного, конечно, но дело в том, что сорока миллиардам людей на Тренторе нужна энергия, и мы поставляем ее значительную часть. Не то чтобы мы задирали из-за этого нос, но хотел бы я посмотреть, как в богатых секторах обошлись бы без нашей помощи.

Селдон был обескуражен:

– Но разве Трентор не потребляет энергию с орбитальных станций, оборудованных солнечными батареями?

– Частично, – кивнул Тисальвер. – Частично – с атомных станций на островах, частично – от микрофузионных двигателей, частично – с ветряных станций, установленных на поверхности, но половина энергии, – тут он многозначительно, гордо поднял указательный палец, – поступает из термариев.

Подобные источники тепла существуют во многих местах, но только Даль так богат ими. Нет, вы действительно ничего не знаете про наши термарии? Вы так смотрите…

Дорс быстро нашлась:

– Мы же иноземцы, понимаете. – Она чуть было не сказала «варвары», но вовремя опомнилась.

 – Особенно доктор Селдон. Он на Тренторе всего-то пару месяцев.

– Правда? – удивилась госпожа Тисальвер. Ростом она была еще ниже мужа, пухленькая, но не толстая. Темные волосы аккуратно собраны в пучок, карие глазки искрились весельем и любопытством. Как и мужу, ей было не больше тридцати.

После пребывания в Микогене Дорс никак не могла привыкнуть к тому, что женщина так свободно ведет себя в компании.