Академия. Начало

Теперь от слов Крючконосого Селдон печально усмехнулся – молодой человек говорил его словами, но при этом не пользовался выкладками психоистории.

А Крючконосый тем временем продолжал:

– А если плюнуть на Анакреон, что мы теряем? Он все равно останется на своем месте, там, где всегда был, – на самом краю Империи. Не может же он собрать вещички и удрать к Андромеде, верно? Значит, ему все равно придется торговать с нами, а стало быть, жизнь продолжается. Какая разница, поклоняются они Императору или нет? Никакой.

Второй мужчина – этого Селдон окрестил Лысым, также не без причины, сказал:

– Может, и так, только все это как бы не само по себе происходит.

Отпочкуется Анакреон – следом за ним посыплются другие дальние провинции. Империя развалится.

– Ну и что? – яростно прошептал Крючконосый. – Империя все равно не в состоянии существовать дальше в таком виде. Она слишком велика. Так пусть Внешние Миры катятся куда подальше – легче будет с Внутренними управиться. Пусть пограничные провинции перестанут принадлежать нам политически, экономически они все равно останутся нашими.

– Было бы неплохо, – сказал третий, которому Селдон дал кличку Краснощекий, – если бы ты был прав, но боюсь, так не получится. Если пограничные провинции обретут независимость, они первым делом попытаются усилить свою власть и влияние за счет ближайших соседей. Начнется война, вспыхнут конфликты, каждый губернатор примется мечтать стать Императором. Все станет так, как во времена до создания Тренторианского Королевства – мрачные века, тянувшиеся тысячи лет.

– Уверен, все будет не так уж плохо. Империя, может, и развалится, но быстро придет в себя, когда люди поймут, что развал означает войну и нищету. Тогда все вспомнят о золотых днях, когда Империя была едина, и все вернется на круги своя. Мы же не варвары какие-нибудь. Что-нибудь придумаем, выкрутимся.

– Точно, – согласился Крючконосый. – Не будем забывать о том, что Империя сталкивалась с кризисами всю свою историю, но всякий раз выкарабкивалась.

Но Краснощекий покачал головой и сказал:

– Это не просто очередной кризис.

Сейчас все гораздо хуже. Процесс длится уже не первое столетие. За время десятилетнего правления хунты экономика разрушена, а с тех пор как хунта убралась со сцены и воцарился наш новый Император, Империя так ослабла, что периферийным губернаторам даже пальцем шевелить не придется. Пограничные провинции отвалятся, так сказать, за счет собственного веса.

– Но верность Императору… – упорствовал Крючконосый.