Академия. Начало

Осмотревшись получше, он разглядел поблизости и вдали множество куполов различной высоты и диаметра.

– Довольно-таки неровная поверхность. Будто холмы, – сказал он.

– Да, и почти везде, – подтвердила Клозия. – Так уж вышло.

– Думаю, по чистой случайности. Насколько я знаю, я ведь тоже когда-то так же глазела по сторонам и спрашивала, точь-в-точь как вы сейчас, ну, и мне рассказали, что поначалу тренторианцы ставили купола над площадями, торговыми центрами, стадионами и так далее, потом – над целыми городами, потому куполов стало так много, и все разной высоты и диаметра.

В конце концов и получился вот такой «холмистый» пейзаж, но люди решили, что так тому и быть и, даже более того, что так и должно быть.

– Вы хотите сказать, что на то, что получилось совершенно случайно, стали смотреть, как на некую традицию?

– Пожалуй, что так, если хотите.

«Если простую случайность так легко возвести в ранг традиции, незыблемой и несокрушимой, – подумал Селдон, – не может ли это стать законом психоистории?» Выходило жутко тривиально, и сколько еще могло получиться таких законов, на вид совершенно тривиальных? Миллион? Миллиард? Но, может быть, существует относительно небольшое число более общих законов, из которых следует множество производных? Как узнать? Селдон так крепко задумался, что на время позабыл о холодном ветре.

Клозия, судя по всему, не забыла. Она поежилась и сказала:

– Да, прохладно. Внизу гораздо уютнее.

– А вы – тренторианка? – поинтересовался Селдон.

Тут Селдон вспомнил, что ему рассказывал Ранда о склонности тренторианцев к агорафобии, и осторожно спросил:

– А вы любите бывать здесь?

– Ненавижу! – призналась Клозия. – Но вынуждена подниматься, ведь я должна получить научную степень, профессию, место, а доктор Легген говорит, что без практических занятий это невозможно. Вот и приходится выбираться сюда, как ни противно, как ни холодно. Кстати, вам, наверное, и в голову не приходит, что при таком холоде тут, наверху, что-то может расти?

– А что, растет? – воскликнул Селдон, подозрительно глянув на Клозию, усмотрев в ее вопросе шутку для новичка.

Нет, вид у нее был совершенно невинный, но вот была ли эта невинность искренней или просто все дело было в ее ребяческом облике, Селдон понять не мог.

– Да, представьте себе, и даже здесь, где мы стоим сейчас, когда бывает потеплее.