Академия №13. Без шанса на отказ

Три года уже ищет, угу… и до сих пор не нашёл.

Поверх действующих магических оков виднелся тусклый след от чар безмолвия, которые с Мэй давно сняли. Я проверила его первым делом, но никакой остаточной магии, мешавшей разблокировать голос, не обнаружила.

А потом мне, словно намёк от мироздания, попались в архиве схемы двух стареньких заклинаний, которые родились из-за случайного воздействия сторонней магии.

Но главное было не это. Оказалось, что подвергшиеся изменениям нити элеора в редких случаях могут мимикрировать под прежний узор.

– Считаю, что проблема тут, – сказала я, указав на заклинание, которое увеличивало силу Мэйлин.

Прилично так увеличивало! Судя по всему, господин Эверетт сам создал себе монстра, который теперь периодически заглядывает к нему и громит кабинет, чтобы жизнь мёдом не казалась.

Вот только мне его ничуть не жаль. Заслужил! Мэй ему не игрушка. И не собственность.

Ректор, судя по кислой мине, хотел мне возразить, однако декан опередил:

– Почему именно здесь, Эйвери?

– Остальные чары наложены профессионально – чувствуется рука мастера. Или мастеров.

– А усиление, значит, недостаточно профессиональное? – возмутился господин Эверетт.

Так и знала, что он его делал. Хотя Мэй – поганка бледная! – это не подтвердила. Сложно с ней работать. А общаться ещё сложней.

– Не в этом дело, господин Эверетт.

– А в чём? – Ректор хмурился и нервно постукивал пальцами по краю стола.

Тук, тук… тук-тук-тук… тук… Это раздражало!

– В эмоциональности, – сообщила я, и стук, нервирующий меня, редко смолк, когда отец Мэйлин сжал руку в кулак. Аж костяшки побелели. В воцарившейся тишине мой голос прозвучал громче, чем я рассчитывала: – Напоминаю, магистры… это всего лишь одна из моих догадок, которую господин Танненбаум предложил проверить прямо сейчас.

– Думаешь, из-за эмоций заклинание криво легло? – спросил Макс, подходя к нам с привидением.

Мэй напряглась, что было заметно по позе, но с места не сдвинулась, продолжая покорно стоять, демонстрируя сеть своих заклинаний. Вернее, трёхмерную конструкцию, которая выглядела как многослойная геометрическая фигура, отдельные части которой не соприкасались.

И только самая нижняя вязь была переплетена с белёсой дымкой души.