Академия проклятий. Книги 1-7

Ага, так вот о каком «долге чести» говорил наш златовласый дроу – для него клановая честь далеко не пустой звук, вот почему именно к нему обратилась вампирша, но я зачем? С другой стороны — найдем преступника, вероятнее всего найдем и ту «леди» что пыталась проникнуть к лорду директору… И я сделала то, на что никогда ранее бы не решилась:

— Я постараюсь вам помочь, леди Аешесси, правда, пока не представляю, как это делать.

— Юрао говорит, что вы увидите то, на что он не обратит внимания, и потому с вами его шансы многократно возрастают.

К тому же вы единственная, кому я готова довериться помимо дроу, в его умении держать слово я уверена, в вас так же.

— Но… почему я? — мне действительно сложно было это понять.

— Вы благородны, — поднимаясь, произнесла вампирша, — и вы действительно прекрасный следователь, в чем я имела возможность убедиться накануне. И знаете, насколько мне известно, Юрао по окончанию службы собирается открыть собственное дело, как независимый следователь, мне кажется, вы с ним были бы прекрасной командой.

Вот после этой фразы настроение мое стремительно упало, так как частный сыск мне не светил, не при каких обстоятельствах. А жаль. И тут леди сказала:

— В случае успешного выполнения заказа, ваше вознаграждение составит двенадцать золотых, если вас устраивает эта сумма.

— Более чем устраивает! — поспешно ответила я, не веря в столь щедрое предложение.

В голове промелькнула шальная мысль — три таких заказа и я сумею выкупить закладную!

— От вас исходят удивительные эмоции, — задумчиво проговорила леди Аешесси, — от полного уныния, до неимоверного подъема.

Вы невероятны, правда.

Когда мы вышли в коридор, там обнаружился стоящий у окна дроу, который леди поклонился, а у меня спросил:

— Да, — не стала скрывать я.

— Прекрасно, — Юрао протянул мне руку, — здорова, напарник! Все, полетели, времени мало! У тебя, как я понял, только выходные и свободны?

В тот момент я подумала, что нахожусь на пороге чего-то удивительного, волшебного и невероятно захватывающего!

Спустя четыре часа брожения по лесу, я поняла, что работа следователем — не для меня! Я выносливая, но не приспособленная бродить между деревьями и едва ли не нюхать каждый куст.

Платье мое уже местами порвалось, перчатки более не были белыми, а волосы пришлось собрать, потому что те вечно норовили зацепиться за какой-либо куст или ветку.