Академия семи ветров. Добить дракона (СИ)

 — Алвис, ну ты как маленький! Как они могут идти? У рода Ривад знаешь ли раньше двух живых образцов в распоряжении не имелось, а по трупам работать не то же самое, мне ли тебе объяснять? Я собираю базу, анализирую с имеющимися в распоряжении предков данными, сравниваю… нет, признаться, обнаружила некоторые интересные закономерности при сравнении живой и мертвой плоти, но каких результатов ты от меня за год хочешь? И вообще с чего вдруг такой интерес, мне казалось, ты в очереди заинтересованных в моей долгой и нестареющей жизни стоишь последним.

— Очередь из одного дракона — это не очередь, — возразил я, опустился в кресло и с усилием потер ладонями лицо.

Действительно. Чего я хочу?

— Алвис, что все-таки случилось? — теперь голос Тересы звучал непривычно. Если бы я плохо ее знал, я бы решил, что она беспокоится.

— Есть девушка. Полукровка. Мать — человек, отец — дракон. Но у нее аномалия — драконья сила в человеческом теле. Тело силу не выдерживает и саморазрушается. Драконы помочь не могут — они плохо знают людей.

Люди помочь не могут — они плохо знают драконов. И в принципе это случай, о котором даже Маргрит впервые слышит. Есть предположение, что если такие дети раньше и рождались, то просто не доживали до полноценного раскрытия дара. Так получилось просто, что девушка родилась в древнем светлом роду с доступом к лучшим целителям…

— Ты же говорил, что у тебя нет готовых детей!!! — родственница возопила так, что аж светильники дрогнули.

Я недоуменно нахмурился.

— При чем тут мои несуществующие дети?

— Нет, конечно! — искренне возмутился я. — Ее отец Бранд, я его не знал, но Эйнар о нем слышал, он погиб спустя пару лет после рождения Милдрит…

— Так а почему тогда?.. — недоуменно начала Тереса и тут лицо ее просветлело. А потом помрачнело. А потом снова изобразило праведное негодование: — Погоди… Погоди!! Ты что, влюбился?! И не ври, ради ничего не значащей интрижки ты бы не пошел на риск ко мне явиться! Нет, ты издеваешься?! Я все ноги стоптала, разыскивая ему отборнейших из лучших, со здоровьем, с родословной, а он влюбился в умирающего лебедя-полукровку!

Наверное, что-то было все же в моем взгляде, хоть я изо всех сил и пытался удержать нейтрально-каменное выражение лица, потому что племянница тон сбавила.

— Ладно, ладно, не смотри на меня так, все равно в моем поместье ты меня не прихлопнешь, даже если очень захочется, а что хочется — и очень! — я вижу.