Академия семи ветров. Добить дракона (СИ)

Небрежно отодвинув локтем мешающего ей эль Фарреля, Маргрит шагнула ко мне, и протянула тарелку из столовой академии:

— Держи. Мы этим слабеньких драконят выхаживаем.

Содержимое тарелки подозрительно напоминало мелко нарубленное сырое мясо, смешанное с сырым яйцом. И, скорее всего, именно им и было.

Выглядело это кушанье, с позволения сказать, сомнительно.

Но как же соблазнительно оно пахло!

Рот непроизвольно наполнился слюной!

— Маргрит, вы что творите! — Возопил эльф.

— Целительница Маргрит, при всем почтении, вы сошли с ума!

— У пациентки еще не запустилась пищеварительная система!

— У пациентки случится заворот кишок!

Я, понимая, что сейчас у меня все отберут и заставят питаться бульонами и соком фрукта ши, торопливо зачерпнула еду ложкой и отправила ее в рот.

М-м-м! Пища королей!

— Случится заворот — вылечим, — хладнокровно отрезала наставница Маргрит, благослови ее Свет, небо и все великие сущности. — Сейчас важнее другое: накормить ребенка. Поверьте мне, я знаю, о чем говорю!

Семеро почтенных, именитых целителей внимали сему процессу в благоговейном молчании.

— Ну, как? — не выдержал напряжения целитель Ангус.

— Ве-ли-ко-леп-но! — Искренне ответила я. — Еще хочу!

— Больше пока не стоит, — с явным сожалением отозвалась Маргрит. — Подождем, как на твердую пищу отреагирует организм. Что-нибудь еще сказать хочешь?

Я прислушалась к себе.

— Вы! — Сидя в ковчеге, я развернулась к эль Фаррелю. — Вы должны мне уши!

И злодейски расхохоталась.

Я нервно крутила пальцы, ожидая встречи с Алвисом.

Мы не виделись с ним ужас сколько — почти четыре месяца: те три, что я лежала в ковчеге, меняясь из человека в… ну, может, конечно, в перспективе и в дракона, но пока что просто в чешуйчатого человека. А потом еще две недели меня держали взаперти, назвав это красивым словом “реабилитация”.

Первое время меня штормило, как зимнее море у берегов Тилбери: то мутило, то тошнило, то головокружило. Еще к старым, добрым симптомам, знакомым еще со времен злоупотребления магическими стимуляторами, добавились головные боли.

Не так-то это просто, привыкать к новым органам чувств, к тому, что теперь привычные предметы воспринимаются непривычно. К тому, что цвет любимого платья видится совершенно не таким, каким я его помню, у еды теперь иной вкус, а стакан может лопнуть в руках, если немного отвлечься и сжать его чуточку покрепче

И ладно бы, только это — с такими переменами я бы легко сжилась, они — не такая уж и высокая цена за жизнь.