Академия семи ветров. Добить дракона (СИ)

— Мы что, будем вас вскрывать?

— Я сейчас сделаю вид, что чрезмерный энтузиазм в вашем голосе мне примерещился! Очень уж вы мне одного прекрасного человека напомнили, страдающего любовью к вскрытиям и жаждущего надергать с драконов чешуи.

Девушка воодушевилась еще больше.

— Не спрашивайте, можно ли надергать с драконов чешуи.

Милдрит захлопнула рот.

— Об этом будет на следующей лекции, слушайте внимательно наставницу Маргрит. И вообще, разве вам не пора быть в своей комнате? Уже давно отбой.

Она одарила меня хмурым взглядом, прижала листы с рисунками к груди и стекла с подоконника на пол.

Перекинула через плечо косу, одернула юбку, будто медлила, чтобы продемонстрировать, что я, конечно, ухожу, но потому что сама так решила, а не потому что там кто-то так сказал.

— Всего доброго, наставник Алвис.

— И вам того же, адептка Релей. И вам того же…

Признаться, большой бал начала года в честь основания академии был тем событием которое, меня задевало мало. Пока Беатрис, от которой я такой подлости никак не ожидала не спросила меня в лоб:

— В чем ты идешь на бал?

Вихрем ворвалась в нашу комнату, она ошеломила меня вопросом и рухнула на кровать.

— Я иду на бал? — несколько удивленно уточнила я, отрываясь от учебника химерологии.

Химерология — одна из наук, родственных целительству, и потому ее я изучала старательно, со всей ответственностью. И столь же старательно гнала из головы лишние мысли.

— Все идут на бал, — отмахнулась от моих сомнений и удивления Беатрис.

 — У Лиз из будущих алхимиков платье вишневое и прямого кроя. Валери, ну, помнишь, я вас знакомила, она еще на артефактора собирается — у нее светлое, свободное и с воланами. И рукава прозрачные! Дариэль сшила сразу два, розовое невинное и шоколадное роковое, и теперь страдает, не зная что выбрать…

— Тэва говорила, ее родители расщедрились и подарили ей штуку полотна цвета “лунная волна”, а Илька проспорила Дейву, и теперь на бал идет в чем-то безумном, — покладисто отчиталась я в свою очередь о своих подругах.

 — В чем именно, не известно, но, зная Иллирию (и Дейва), за добротность безумия ручаюсь!

Беатрис смотрела на меня выжидательно, но я упорно делала вид, что не понимаю и суть ее ожиданий для меня тайна.

Моё молчание лишь усугубило ситуацию.

— Милдрит, в чем идешь на бал ты?

Вопрос прозвучал достаточно зловеще, чтобы игнорировать его далее я уже не рискнула. И со вздохом призналась соседке:

— Беатрис, я не иду на бал.