Академия сумрачных странников. Кошмары на выгуле

– Не нравится мне, как он зыркал по сторонам и задавал тебе вопросы, – негромко произнесла я, догнав Рэйеса. – Будто пытался подловить тебя на вранье.

– Мне тоже так показалось, – очень тихо и почти не разжимая губ произнес Рэйес. – Но я уверен, что он тебя не увидел.

– Кстати, есть идеи, почему только ты меня видишь?

– Ну это же очевидно, – издевательским голосочком протянул Рэйес. – Потому что ты мне судьбо-о-ой предназначена, все дела…

От моего очередного болезненного тычка в бок кулаком Рэйес не стал уворачиваться, а просто резко остановился и присел на одно колено, чтобы якобы проверить свои развязавшиеся шнурки на ботинках.

Но в этот раз я не просто ударила в воздух, а случайно попала в стену кулаком и зашипела от боли, хмуро глядя на покрасневшие костяшки.

– Скорее всего, всё очень просто: я умею видеть какие-то более тонкие материи, которые не видит рядовой сумрачный странник, – как ни в чем не бывало продолжил Рэйес, поднявшись и продолжив путь.

 – Если я умею погружаться глубже третьего уровня сновидений, почему ты удивляешься тому, что я вижу и чувствую тебя? Мы, кстати, пришли.

Он рывком открыл дверь с цифрой «шестьдесят девять», и мы вместе шагнули в комнату.

Факультетские спальни в Академии сумрачных странников выглядели весьма комфортабельными.

Небольшие, но все – с шикарными кроватями, о да. Так как кровати у нас являлись основным рабочим местом, то спальни даже первокурсников были оборудованы с максимальными удобствами. Сине-золотистое убранство комнаты радовало глаз, на кресле лежало аж несколько вариантов сине-золотистых клетчатых пледов и одеял, а кровать буквально утопала в подушках самых разных размеров – на любой вкус и цвет, всё для того, чтобы адепт мог комфортно устроиться, максимально быстро заснуть и оставить свое тело лежать тут со всеми удобствами.

На одной такой синей подушке с красивой золотой вышивкой и висящими «кисточками» возлежал Его Величество Фамильяр – именно такая ассоциация возникла, глядя на маленькую морскую свинку, развалившуюся на подушках с королевским видом. И в окружении арахиса, конечно же.