Я уже связался со своим другом, он предоставит нам все данные об исследованиях и даст бумаги, которые были подписаны лично твоим дядей, Дитрих. Это секретные разработки. Не думаю, что твой отец знал о них.
План выглядел разумным и цельным, а главное, идеально сочетался с моим собственным. Голова гудела, но все-таки продолжала работать:
— Я уговорю отца провести церемонию передачи прав на трон завтра после полудня. Соберутся самые влиятельные лорды, советники и богатые аристократы. Народ выйдет на площадь, чтобы узнать результат.
Думаю, лучше момента, чтобы раскрыть Фридриха, у нас не будет. Все должны знать, что он подлец и понесет наказание справедливо!
— Хороший ход, если все произойдет на глазах у людей, он не сможет выкрутиться, — одобрил Эйр Хан.
— А мы успеем все подготовить? — Эви закусила губу и глянула в сторону выхода из оранжереи, будто опасалась слежки.
— Успеем. Не имеем права не успеть, — отрезал ректор. — А вы спешите к правителю. Солнце давно село, сможете пробраться незаметно.
Еще никогда я не передвигался по собственному дому, как вор, оглядываясь на каждом повороте, и крепко держа руку Тассилии, боясь, что та потеряется в хитросплетениях коридоров.
В покоях отца было безлюдно, только тяжелое хрипловатое дыхание умирающего нарушало тишину. Нам повезло, мамы здесь не оказалось, только стражники на входе, которые не посмели нас остановить. Отец спал и не чувствовал, как Тасси осматривала его."
"— Дитрих, я не понимаю, — пораженно произнесла девушка, тщательно осмотрев отца магическим зрением.
— Что такое? Неизвестный яд?
— Нет. Твой отец не отравлен! — Она еще раз скользнула по спящему отрешенным взглядом и вытянув вперед руки пробормотала что-то на неизвестном мне языке. — Нет здесь никакого яда! Причина болезни в чем-то другом.
— Подожди, как же так. Его осматривали лучшие лекари, — осознание под снисходительным взглядом Тасси пришло быстро. — Им заплатили? Заставили солгать?
— Именно. И что это за отвратительный запах? Похоже на пережженный руанский корень.
Меня будто обухом по голове ударило. Под растерянным взглядом Тассилии рванул открывать окна.
— Что ты делаешь?
— Руанский корень. Это не яд, это аллергия! Отец никому не говорил об этом, даже матери. Знали только я, дядя, ну и мои бабушка с дедушкой, которых давно нет на свете. Отец хотел казаться сильным, неуязвимым, поэтому тщательно хранил это в тайне. Тем более, что в нашем королевстве он не растет.
— Это очень редкое растение.
