Академия чаросвет. Отражение

— Ты видела, какой длины у них юбки?

Оставив их болтать, я спустилась к краю поля и оперлась на бортик.

— Подача, пас, голевой бросок, — командовал тренер Алеф. Повернувшись, спросил: — А ты что, Мэди? Прогуливаешь занятия?

— У нас сейчас прорицание, — ответила я. — Надо найти Фелицию.

— Ну, тут ее нет, — сказал он. — Кей, стань в пару с Басом! Трикс, ты на воротах! Рет, Клей — оба в блок. — Опершись на бортик с той стороны, Алеф тихо заметил: — Когда Альваро и Монтега играют в одной команде, им нет равных.

Они и правда действовали слаженно.

Мяч летал с одной стороны поля в другую — точно в руки. Быстрый пас — и Бастиан забросил гол в ворота и дал пять Монтеге, а потом подбежал ко мне и поцеловал — быстро, почти невинно, но свет тут же вспыхнул во мне, озаряя и сердце, и душу.

— Так, давай на поле, — приказал Алеф. — Романтика потом. Возьми в пару Ларга, только придержи коней.

Бас улыбнулся мне и, поцеловав еще раз, побежал назад, а сбоку от меня вдруг вытянулась рука, ловко поймавшая мяч, летевший прямо мне в голову.

— Мазила, — буркнула Элма, возвращая мяч Найрин.

— Боюсь, она была исключительно меткой, — вздохнула я.

— Вот как? — заметила Элма, провожая Найрин взглядом. — Может, расскажешь, от кого еще стоит ждать подвоха?

Я пожала плечами. Новости по академии расходились быстро, и я то и дело натыкалась на настороженные и даже испуганные взгляды. Наследница седьмого дома, ночная птичка, невесть как залетевшая в царство света, — я снова стала изгоем, не успев сойти за свою.

— От кого угодно, — ответила я.

— Откуда мне знать?

— Что ж, у тебя как раз есть шанс получить ответы, — усмехнулась Элма.

Сперва я услышала мелодичное позвякивание браслетов, а после увидела кудрявую гриву Фелиции, подпрыгивающую над зрительными рядами.

— Вот честно, предсказаниями я уже сыта по горло, — пробормотала я.

— Тогда просто поболтаем, — жизнерадостно произнесла Фелиция, сворачивая в проход между рядами. — Итак, Мэди, если ты ничего не хочешь спросить…

— Я хочу, попросить, — подала голос Элма.

— Твой сын, Фелиция, уже достал своими намеками. Уж не знаю, что у него за страсть к женщинам постарше…

— У него ко всем женщинам страсть, — кинулась я на защиту друга. — Особенно к блондинкам, — добавила тише.

— Так вот, не могла бы ты, как мать и прорицательница, — продолжила Элма, — намекнуть своему мальчику, что ему ничего не светит.

— Ох, дорогая, — виновато протянула Фелиция, — но я стараюсь не врать без особой нужды.

Элма поперхнулась словами, покраснела.