Не академия, а господин… Да к дьяволу ваши формальности! Аллен защищал меня! Если бы не он и не господин де Ареон, я бы сейчас не стояла живая и невредимая перед вами! И ты, отец, ещё вчера ты склонился перед Алленом в знак высшей благодарности, а что изменилось сегодня? Или твоя благодарность — это всего лишь слова, которые ничего не стоят?
— Эрика! — не выдержал мой отец, но я, распаляясь с каждой секундой, продолжала:
— Вам, Алистер, не важны жизни своих адептов. Вы заботитесь лишь о том, чтобы прикрыть свою задницу и сохранить лицо академии, которая насквозь прогнила с таким лицемерным руководителем! И если бы вы увидели меня, охваченную огнём в тот вечер на боевом поле, то распорядились бы лишь о том, чтобы информация о гибели иностранной студентки не попала бы в утренние газеты! Вы слишком долго занимали ректорское кресло, господин де Форнам, и напрочь забыли что такое человечность.
А может, никогда и не знали!
Я замолчала, переводя дыхание, и подняла глаза к потолку, сдерживая подступившие к глазам слёзы.
Судя по всему, только что я собственноручно подписала приговор своему дальнейшему обучению в Дальстаде, но вопрос получения диплома уже не стоял так остро.
Ласковый ветерок коснулся моего лица: нежно прошёлся по щеке и игриво коснулся кончика носа, затем погладил по волосам. Вслед за этим я услышала спокойный, уверенный голос Аллена, обращавшийся ко всем присутствующим в кабинете:
— Господин Корра, я безмерно уважаю вас ещё с тех времён, когда вы были моим куратором, а я был простым адептом, прибывшим в Хатрэй по обмену.
Я понимаю ваш гнев: у меня самого есть три красавицы-сестры. Когда каждая из них приводила в дом молодого человека, я еле сдерживался, чтобы не вышвырнуть их пинком под зад прямо с порога. Возможно, я кажусь вам не самой подходящей кандидатурой на роль спутника вашей дочери, но уверяю вас в серьёзности своих намерений относительно Эрики.
— Дело в вашей репутации, господин Альсар, — возразил мой отец, но уже без прежней агрессии.
— Ваши заслуги впечатляют, но слухи о ваших многочисленных беспорядочных связях и пренебрежительном отношении в адрес женщин давно ползут по Дальстаду. Я не хочу, чтобы моя дочь стала очередным именем в этом длинном списке.
— Я не буду отрицать этого факта и я умею признавать свои ошибки, господин Корра, — мягко возразил Аллен. — Однако появление Эрики перевернуло всю мою жизнь с ног на голову, и я отказался от прежнего образа жизни.
