Преподаватели в строгих мантиях неспешно прогуливались по дорожкам, студенты расположились на зелёном газоне, радуясь последним солнечным дням. Из-за защитного купола на территории академии было немного теплее, чем в остальной части столицы. Этим и пользовались молодые ребята в свободное от занятий время.
Подождите! Разве адепты не должны быть на занятиях? Я выбежала в гостиную в одной лишь сорочке и выругалась, глядя на настенные часы. Три часа пополудни. Я, получается, и обед пропустила? Почему я не слышала звон колокола, причём дважды? Он же настолько громкий и противный, что и умертвие из могилы поднимет? А Хайден? Почему он не разбудил меня?
Я пулей метнулась в ванную, на скорую руку умылась и привела себя в порядок.
Форменные блуза и брюки куда-то запропастились и мне пришлось надеть платье и пиджак с эмблемой академии.
“Попрошу поваров, чтобы дали мне хотя бы тарелочку каши. Если у них вообще что-то осталось. Такое ощущение, будто вся академия решила, что стресс надо усиленно заедать и сметала всё подчистую.
Не удивлюсь, если к моменту, как мы найдём и устраним причину болезни адептов, из ворот выкатятся сотни колобков с фигурой, как у госпожи Беллы.”
Из раздумий меня вывел щелчок магического замка.
— О, Розалин, ты проснулась? — Хайден боком протиснулся в дверь, придерживая её ногой. В его руках был поднос, заставленный горячими блюдами, от запаха которых рот моментально наполнился слюной. — Держи, собственными руками отвоевал для тебя у бытовички. Кажется, на ней треснуло очередное платье.
"
"— Почему ты меня не разбудил? — я села за стол и уже схватилась за ложку, как услышала знакомое жужжание из кармана ректора.
С довольным видом Хайден вынул кристалл связи, перемазанный чем-то зелёным, и торжественно водрузил его в центр стола.
— Это мой? — я не ожидала увидеть свой артефакт, который выкинула в окно в порыве злости. — Откуда ты узнал, что я его…
— Ответь.
Я послушно активировала кристалл и по комнате разлился звонкий голос моей мамы:
— Розалин, доченька, это ли не чудо?
— Что случилось? — осторожно спросила я.
Для моей мамы под категорию “чудо” подходили и курица, снёсшая дополнительное яйцо на завтрак, и радостная весть о том, что некий господин Леон решил взять в жёны их дочь, откупившись немалой суммой денег.
— Только что нам звонил… Ты никогда не угадаешь кто!
— Поэтому скажи сама, чтобы зря не терять время, — я с тоской посмотрела на медленно остывающий суп, но говорить с набитым ртом считала неприличным.
