– Не получается у меня без неожиданностей!
– Сказал же: согласно инструкции! Зачем самодеятельность-то проявлять?
– Не умею я иначе! – Я надулась. Разговаривать с пустым местом было странно. Папу, похоже, это тоже нервировало."
"– Ну-ка материлизуйся! Быстро! – раздраженно скомандовал он.
Пустота в кресле сгустилась, и, несколько раз мигнув, появилась фигура Демиона. Он выглядел напуганным.
– Так… смотри-ка, слушается! – по-детски обрадовался папа. – Как занимательно… – В его глазах мелькнул нездоровый восторг сумасшедшего ученого, и родитель приказал: – Исчезни!
– Как? – застонал аспирант.
– Так же, как в первый раз!
– Это не контролируется!
– А ты попробуй, – очень ласково начал папа и для устрашения сделал пару шагов вперед, по направлению к своему аспиранту.
Признаюсь, подобнее поведение срабатывало даже со мной. Демион тоже среагировал мгновенно и исчез.
– Интересненько. – Папа повеселел. – А ты ведь не такое уж одноклеточное, недомаг. Работает твой метод, действительно работает… только криво как-то.
Но я и такого, признаюсь, не ожидал.
– Твой? – удивилась я.
– Неужели недомаг тебе не рассказал? Это ж он его разработал, только выглядел метод полной ахинеей, да и до сих пор выглядит. Но вот…
– Что вот? – уточнила я.
– Либо его предположения оказались верны, либо твоя самодеятельность и везучесть сыграли свою роль, но какого-то результата вы достигли. Насколько могу судить, проклятие сняли, но остались последствия.
– Какие? – Демион сглотнул и снова начал бледнеть, словно пытаясь скрыться от гнева папы.
– Отставить! – рявкнул родитель, и Демион вновь послушно материализовался.
– Сдается мне, ты, недомаг, теперь – человек-невидимка. Только способностями своими управлять не умеешь, потому что вообще с контролем у тебя не очень. С этого дня минимум три часа медитаций в день. Я даже знаю, кто тебе с этим поможет.
– Нет-нет-нет! – взвыл мой охранник, причем так несчастно, что мне снова стало его жалко.
– Только не профессор! За какие прегрешения? Мы и при его жизни не ладили!
– Он самый, – довольно заключил папа. – То, что ты с ним не ладил, – это неудивительно. Лентяев и лоботрясов никто не любит! А моя змеюка, раз уж она ему так приглянулась, составит тебе компанию.
– А я-то в чем виновата? – несчастно застонала я, вспомнив про инцидент с лопатой.
– Ну, если поискать – найдется? – парировал папа, и я послушно заткнулась.
